Хозяйка гостиницы у моря

– Это все лежало в сундуке и бог его знает, сколько лет не использовалось. Не факт, что краски еще пригодны, а ты сразу хочешь лишить ребенка развлечения. Ты же видишь, как у нее глаза горят? – я понимаю, что мужчине неловко, но я боюсь, что если он заупрямится, то малышка останется без красок и холстов. Они, конечно, не знают, но в моем-то мире психологи давным-давно пришли к единому мнению, что такое хобби, как рисование, очень положительно влияет на психику детей, перенесших сильные эмоциональные потрясения. – Бери и без разговоров, – получилось, что я приказываю, и мужчина, даже если и хотел возразить, промолчал.

Я вздохнула немного устало. – Фанни, ты пока сбегай проверить, как Кати справляется с Ричардом, а мы с твоим отцом поговорим, – я улыбнулась ребенку, и та, кивнув, убежала из кабинета. – Простите меня, Джек, – я знаю, что была резка и перегнула палку. – Я понимаю, что вам неловко, но занятия вроде рисования, плавания помогут вашей дочери вернуть интерес к жизни, а значит, и желание разговаривать. Любовь, внимание и забота – вот то, что восстановит ее душевное равновесие. И простите меня за резкие слова. Я что-то устала.

– Спасибо, леди, – мужчина кивнул, признавая правоту моих слов. – И вы меня простите за упрямство. Это не из вредности, я просто привык быть со всеми настороже.

– Вам тоже жизнь преподнесла тяжелый урок, но только вы можете из него вынести опыт, а не обиду и злость на окружающих, – я пыталась выбирать слова, но, несмотря на это, получалось немного резковато.

Мало того что я лезу не в свое дело, так еще и жизни учу взрослого мужчину. Он смело мог бы послать меня куда подальше, но воспитание, а может понимание моей правоты не дали ему этого сделать.

Джек кивнул еще раз и поднял сундук, намереваясь унести его в свою с дочкой комнату.

– Вы особенная, леди, – тихо произнес мужчина уже в дверях. – И вам надо отдохнуть.

Я хотела ответить, поблагодарить, но мужчина уже ушел, а ко мне прибежала Фанни.

– У Кати все в порядке? Она справляется с малышом? – я посмотрела на радостную девочку, которая, увидев отсутствие сундука, поняла, что я успела убедить ее отца забрать его.

Девочка закивала, а я села за шитье. – Он спит?

– Спит, – вдруг еле слышно сказала Фанни, а у меня сердце подпрыгнуло в груди от радости. Я не знала, как реагировать, потому просто прижала к себе ребенка и поцеловала в щеку.

Поговорить с Фанни я не успела, так как ко мне в кабинет влетела Грейс с расширенными от возбуждения глазами.