Хорошие манеры Соловья-разбойника

– Нет! Моя дочь такую глупость сделать не могла!

Михаил посмотрел на Николашу, через секунду на экране появилось видео и голос Вуколова зазвучал из плазмы:

– При осмотре комнаты Марины Нестеровой был найден тайник. Под письменным столом между двумя тумбами вынимаются паркетины. В образовавшемся углублении обнаружен ежедневник.

Я уже видела этот «кинофильм» и украдкой бросила взгляд на Нестерову. Антонина сидела, открыв рот, Михаил продолжал:

– Дневник изъят, после тщательного изучения его отдадут матери.

Послышался щелчок.

Экран потемнел, Михаил положил на стол толстую тетрадь, открыл ее, посмотрел на Антонину и начал читать:"

"«Мать опять устроила мне психические качели. Сначала оборала за то, что я… такая, ногами шаркаю, когда хожу по дому. Поэтому мамахен не может отдохнуть. Да ладно! Папахен опять налево завернул, уехал в командировку в Тулу! Никак наш… врать не научится, а думает, что умнее всех! В Тулу он покатил! Описаться от смеха можно. На машине туда подрапал! Ха! Знает папашка, что мамашка шизанутая, везде его баб видит.

Тонька точно захочет свое сокровище на поезд сама посадить! Или в аэропорт попрется, платочком вслед самолету махать и сопли лить. Ну е-мое! Оба дураки, что ли? Новая папанькина шлюха к нему в зале ожидания не подойдет, они в самолете рядом сядут! И маманька все это прекрасно знает, поэтому всегда, когда муж… домой поздно приходит или куда-то едет, на меня орет, обзывает. Я главное зло! А с мужем она конфета шоколадная. Уси-пуси, пошли в спальню. А Толька себе отдельную комнату завел. Не… жену совсем! Не нужна ему старая подстилка. Уж как маманя старается, вся из себя прямо! А не…! Вот такая она, любовь! Но у нас с Лешей все иначе!»

– Нет! – закричала Антонина Васильевна, до сих пор сидевшая в оцепенении. – Нет! Вы врете! Брешете! Не могла Мариночка это написать!

Михаил отреагировал спокойно:

– В письменном столе девочки мы нашли тетради по разным предметам. Была проведена графологическая экспертиза. Есть заключение. Нет ни малейшего сомнения, что дневник и тетрадки заполнены одной рукой.

Вы разрешили взять из загородного дома все, что поможет нам понять, где искать Марину. Мы действовали по согласию с вами. Дневник вам вернут, вы сами его прочитаете.

– Вы опозорили мою семью! – взвилась Нестерова. – Запачкали грязью память мужа, прекрасного гениального ученого!

– Антонина Васильевна, – подключился к беседе Энтин, – мы понимаем, что подросткам свойственно воспринимать события преувеличенно.