Хороших девочек не убивают

– Пип? – Его голос от ужаса сорвался на хрип. – Что… что ты здесь делаешь?

Она взглянула в его увеличенные стеклами очков глаза.

– Я… – прохрипел он. – Я просто…

Пиппа тряхнула головой.

– Полиция приедет через десять минут. У вас есть время мне все объяснить. – Она переступила порог. – Объясните, и тогда я помогу вашим дочерям пройти через все. И Сингхи должны наконец узнать правду.

Кровь отхлынула от его лица. Он отшатнулся, едва не ударившись о стену. Затем закрыл глаза ладонями и выдохнул.

– Все кончено.

Я погиб.

– Время истекает, Эллиот.

Собственный голос казался Пиппе более храбрым, чем звучал на самом деле.

– О’кей. Ты войдешь?

Пиппа помедлила; желудок сжался и прилип к позвоночнику. Однако полиция уже едет; значит, можно не бояться. Она должна войти.

– Мы оставим дверь открытой. Для полиции, – сказала она и последовала за ним через холл, сохраняя дистанцию в три шага.

Они свернули направо и оказались на кухне, где не было абсолютно никакой мебели, кроме большого стола, заваленного продуктами и кухонной утварью; имелась даже полочка со специями.

Рядом с пакетом макарон поблескивал маленький ключик. Эллиот наклонился и выключил плиту. Пиппа отошла к противоположной стене, стараясь держаться от него как можно дальше.

– Не прикасайтесь к ножам!

– Пип, я не собираюсь…

– Руки прочь от ножей!

Эллиот попятился назад.

– Она здесь, верно? Энди жива и находится здесь?

– Да.

Пиппу затрясло, хотя она была в теплой куртке.

– Вы с Энди встречались в марте 2012 года. Рассказывайте все с самого начала, Эллиот; у нас немного времени.

– Это с-совсем не т-то… – застонал он и опустил голову. – Это…

– Эллиот!

Он шмыгнул носом и выпрямился.

– О’кей. В конце февраля Энди начала… уделять мне внимание. Я у нее не преподавал – она не выбрала историю в качестве профильного предмета. Однако старалась поймать меня в вестибюле, спрашивала, как прошел день. И я не знаю почему… знаки внимания с ее стороны казались мне… приятными. После смерти Изобель я чувствовал себя таким одиноким! А затем Энди принялась выпытывать у меня номер телефона.

На тот момент между нами ничего не было; мы не целовались, и вообще ничего такого. Она не унималась. Я сказал, что это неприемлемо. Однако вскоре после того неожиданно для себя зашел в магазин и купил вторую симку, чтобы иметь возможность тайно общаться с Энди. Сам не знаю, почему я так поступил; возможно, рассудок помрачился из-за потери Изобель. Просто хотелось найти кого-то, чтобы поговорить.