Хорошая девочка для плохого мальчика

Что-то мне подсказывало, что он лжёт, и видит телефон впервые так же как и я. Коробка лежала к нему лицом там, что не было ясно, какой конкретно из четырех цветов в коробке.

— А какого цвета ты телефон мне выбрал?

— Белый.

— М-м, ясно, — хмыкнула я. Прокололся… — А записка такая клёвая была внутри… Такие слова тёплые. Спасибо большое!

— Тебе понравилось?

— Да, очень. Выходим.

Мы по очереди вышли из номера и я закрыла дверь, а потом повернулась к Назару.

— Значит, так. Телефон не белый, а розовый. Если его дарил ты, то не мог забыть цвет так скоро.

Я увидела, как по коридору идёт Даня. Решила догнать его и спросить, не его ли это подарок. Возможно, он не признается, но может быть, тоже проколется как-то или выдаст себя реакцией. Почему-то я теперь резко поняла, чей же это подарок…

Не верилось, но мне кажется, я не ошиблась.

— Агния, ты…

— Погоди, — остановила я его, выставив вперёд руку.

Я оставила растерянного Назара позади и поравнялась с Даниилом, который обернулся и хмуро взирал на меня.

— Чё тебе опять, Кострова? — спросил он в своём репертуаре, но вместо того, чтобы как обычно разозлиться на него, я улыбнулась. — С днём рождения, типа. Чё хотела?

47.

— Спасибо, типа, — ответила я ему в тон, а он еле заметно улыбнулся. — Я…хотела спросить.

— Что? — Не соизволил он даже шага сбавить, бежала за ним как маленький щенок за большим сильным псом.

— Ты мне подарил этот телефон?

— Какой телефон? — свёл он брови вместе.

— Ну, грушевой фирмы.

— А зачем мне тебе дарить телефон? — повернулся наконец ко мне Даня. — Ты головой ударилась, Кострова, с утра пораньше? Какая жалость, в свой же день рождения. Ну признавайся, я никому не скажу.

— То есть, подарить ты смог, — ответила я, ощущая горечь от этого подарка. Зачем он нужен, если тот, кто его подарил, отказывается от факта дарения? — А признаться смелости не хватает?

— Ты меня сейчас трусом назвала, Кострова? — довольно грозно спросил Даня и изогнул одну бровь.

— Ну, получается, ты и есть трус, Бодров, — ответила я. — Раз не признаёшься.

— Да с чего ты взяла, что это я?!

— А кто?

— А с фига ли я знаю?! Тебе дарили, ты и разбирайся со своим телефоном. Я-то тут причём?

— Да? А если я возьму этот телефон и выкину в окно? — не отставала я от него. Мне так хотелось добиться от него хоть какого-то признания.