Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание

Майк, преодолевая сопротивление воздушного потока, дополз до буера, схватился за кормовой поручень и изо всех сил уперся ногами. Сани пошли быстрее, но на середине пути остановились, и сдвинуть их дальше оказалось абсолютно невозможно. Ноги утопали в глубоком снегу, хлещущий снежной пылью ветер затруднял обзор, мышцы гудели от усталости, а руки отказывались толкать. Буер стал настолько тяжел, словно Майк пытался сдвинуть не сани, а саму ледниковую толщу. Он хрипел от натуги, толкая чертов буер, но тот не продвигался ни на миллиметр и даже медленно сползал назад.

Чем там занимается этот косматый дебил?! Он там вообще жив?! Или Майк давно уже упирается в долбаную повозку в одиночку?! Очередной порыв ветра швырнул в лицо охапку снега, окончательно засыпая лицо, Майк прекратил идиотское толкание и принялся стряхивать снег с очков и маски.

– Э-ге-гей! – издалека сверху зазвучал голос громилы. – А ну, навались! По ту сторону разлома ураган лютует, несдобровать нам, коли подъем не осилим! Навались, человече!

– Так тянуть лучше надо! – взъярился Майк.

В одиночку, что ли, он должен долбаный буер выталки… Майк оглянулся и остолбенел, чувствуя, как внутренности будто окатило ледяной водой. Воронку он узнал сразу. Ужасающий вьюн исполинских размеров, соединивший заснеженную поверхность с исчезающим в вечерних сумерках облачным фронтом, двигался по противоположной стороне разлома в паре миль от обрыва. Воронка медленно плыла параллельным курсом, сопровождаемая океаном бурлящего в воздухе снега, с запредельной скоростью несущимся по бесконечному ледяному простору. Там, позади, на той стороне разлома, откуда они рухнули в долину гейзеров вчера ночью, безраздельно властвовал хаос, размалывающий в пыль ледяные скалы. Если Воронка изменит курс в нашу сторону хотя бы на несколько градусов… Майк бросился к буеру и изо всех сил уперся в него, вкладывая в толчок всё, на что только был способен.

– Наваливаемся одновременно! – донесся крик варвара. – Раз-два, взяли! Ещё! Взяли!

Майк хрипел от напряжения, трещали мышцы, хрустели суставы, дыхания не хватало, но он толкал, как проклятый, спиной ощущая приближение Воронки.

От перенагрузки он едва не потерял сознание и не сразу понял, что почти не дотягивается до буера, увязнув в снежном склоне по грудь. Сани короткими рывками переваливали через край поверхности, раз за разом выползая на ледник. Очередной удар воздушного потока довершил дело, и буер оказался наверху, обдавая оставшегося под обрывом Майка снежными брызгами.