Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание

– Неужели медведь настолько умён? – не поверил Майк. – Или вы специально его дрессировали?

– И умен, и обучали, как должно, – подтвердил косматый громила. – Медведь животина очень сообразительная, он всё понимает. Кроме того, Топтыгин – вой по крови и рождению и любит сечу. Посему ратное дело постигает с удовольствием. А вот сани тянуть очень не любит. Долго уговаривать надобно, дабы не обиделся.

Майк вновь посмотрел на то место, где зарылся медведь и шевелился снег, но не смог определить, где сейчас находится тварь.

Он невольно поёжился. В Реакторе было так же. Мутанты перемещались под снегом незаметно, а после выскакивали у полярников прямо из-под ног и разрывали людей в считаные секунды. Это хорошо, что варвары на его стороне. Если бы Гуманитарная Миссия обнаружила в те давние времена коротышек или каннибалов, то всё могло бы быть гораздо печальнее. Плосколицые дикари убили бы Майка, приняв за злого духа, горбоносые дикари съели бы его, ни в чем не разбираясь. Впрочем, в обоих случаях его полёта в чертову Сибирь могло и не состояться. А это означает, что шансов у Новой Америки было бы гораздо меньше. Сумеют ли остатки Полярного Бюро добраться до точки аварийного управления Реактором или нет – совершенно непонятно. А вот варвары сумеют точно, в этом Майк уже не сомневался, главное, заставить их отправиться туда в большом количестве вместе со своими ручными монстрами. И Майк станет героем Новой Америки. И ещё каким! Никакой Бронсон с ним не сравнится…"

"Несколько крупных теней, медленно зашевелившихся у выхода из лабиринта, привлекли его внимание, и он напрягся, вглядываясь в нагромождения ледяных скал.

Из-за одной из них выглядывала тягловая рогатая тварь варваров, ещё две угадывались позади. Майк огляделся, ища глазами стервозную дикарку. Так и есть, она стояла на краю лагеря и что-то шептала себе на ладонь, периодически сдувая наговор в сторону лабиринта. Тягловое зверьё настороженно принюхивалось и оглядывало окрестности недоверчивым взглядом, но, видимо, убедилось, что чужих поблизости нет, и размеренным шагом потопало к дикарке. Та встречала тварей белым порошком, ага, «соль», помним-помним, усмехнулся Майк. И всё же, как она делает это? Неужели зверьё чует наркоту на таком большом расстоянии, ведь только до края лабиринта не меньше полумили, а само нагромождение ледяных скал и вовсе не меньше трех миль в поперечнике. Хотя… это же мутанты, не стоит забывать. Вполне возможно, что у них очень острый нюх.