Холод. Неотвратимая гибель. Ледяная бесконечность. Студёное дыхание

Темно-серая кожа сливалась с курчавым черным волосом, густо покрывающим обнаженные руки, грудь и загривок, виднеющиеся сквозь прорехи в дикарских доспехах. При этом каннибалы оказались начисто лишены волос на черепах, на которых уродливо выпирали бугры мутаций. Ростом Ваххи оказались чуть выше Майка, но вдвое шире его в перекошенных генетическими травмами плечах, их мощные нижние челюсти выглядели способными одним движением откусить человеку палец или выдрать из горла кусок плоти.

Из-за нарушенных пропорций тела каннибалы испытывали проблемы с одеждой: у кого-то были вынужденно оборваны рукава, у других узловатые от раздувшихся мышц ноги вместо штанин защищали перетянутые кожаными ремнями обмотки. Третьи проделывали в одеяниях дыры в нужных местах, и из них торчали покрытые кудрявым черным волосом кривые суставы или мышечные наросты. Их доспехи представляли собой мешанину из элементов снаряжения рыбоедов, русских и чего-то ещё, похоже, какого-то старья двухсотлетней давности, отчего Ваххи выглядели ещё более громоздко и жутко. Бежать с таким грузом на себе даже не на лыжах, а на корявых снегоступах, явно отобранных у плосколицых коротышек, могли только очень сильные физически существа. Назвать Ваххов даже дикарями у Майка язык не повернулся.

Однако мутанты отнюдь не были тупым, лишенным разума стадом. Их предводитель, здоровенный кривоногий горбоносый громила с огромной курчавой бородой, растущей едва ли не во все стороны сразу, вскинул вверх узловатую руку, сжимающую огромный молот, изготовленный из цельного куска какого-то металлолома, и издал резкий истеричный вопль.

Колышущаяся живая масса остановилась, изрыгая яростные угрожающие вопли и потрясая оружием, и вожак, хрипя от охватившего его бешенства, оглядел представшую перед ним баррикаду. Серокожий громила проорал команду, и толпа каннибалов метнула копья. Русские варвары синхронно присели на колено, скрываясь за щитами, пара лучников нырнула под баррикаду, и град метательных снарядов накрыл тесный ледовый тупик. Сразу три копья ударили в щит Майка, заставляя его вздрагивать от каждого удара, и толпа горбоносых истерично завизжала. Ждать, когда очередным шальным снарядом его проткнёт насквозь, Майк не стал. Он отбросил щит с точащим из него кривым ржавым копьём и полез под сани, ругая себя за идиотский героизм.