Ход Роджера Мургатройда

Блаженство!

– А что там наверху-то? – спросила миссис Варли, высыпая в свой чай третью ложку сахара из четырех. – Все еще на взводе, а?

– Еще как! Вот почему они нас внизу и держат – из-за помоев, которые льют. Когда я выходила из гостиной с чайным подносом, эта актриса, Кора, как ее там, обозвала Джентри лживым псом. «Лживый пес» – ее собственные слова, и она прямо их выплюнула! Не хотела бы я повстречаться с ней темной ночью!

– Не повстречаешься, так что забудь, – сказала миссис Варли, которая не могла и дня прожить, не черпая щедрой рукой из своего запаса расхожих фраз.

– Просто такой оборот речи, миссис Варли, ну, то, что называют аллергией.

– Я против аллергий. Добрый простой английский всем годится.

Она задумчиво прихлебывала чай, благовоспитанно оттопыривая мизинец.

– Однако меня удивило то, что ты сказала, как она прямо-таки плевалась. Она всегда казалась мне такой светской и вощеной.

– Вощеной? – повторила Айрис язвительно.

– Айрис! – предостерег Читти. – Выражения.

– Извиняюсь. Только меня смех разбирает, понимаете, как подумаю, чего она выболтала.

– Кто?

– Да так называемая Кора Резерфорд.

– То есть почему «так называемая»?

– А вот. Они все попивали чаек, даже сыскарь, а она… ну, Кора Резерфорд, думала развеселить их одним своим антидотом. У нее этих антидотов хоть отбавляй.

– Я против антидотов.

– Да ну же, миссис Варли! Валяй, Айрис, что случилось-то?

Вся кухня насторожила уши.

– Ну, – сказала Айрис театральным шепотом, – она сидела близко от огня в этом своем меховом шарфе…

– Вот это вещь! – перебила Долли со вздохом. – Я бы умерла, я бы УБИЛА за такой шарф из норки.

– Это не норка, а лиса.

– Это норка.

– Лиса!

– Норка!

– Девочки, девочки, это же, наверное, значения не имеет?

– Верно, мистер Фаррар. Ну, нестерпимо, когда тебя перебивают, а ты еще только начала антидот рассказывать, – сказала Айрис, свирепо глядя на сестру. – Как я собиралась сказать, когда меня грубо перебили, – продолжала Айрис, – она рассказывала им какую-то историю про себя.