Хочу тебя любить (СИ)

И тут Лена выдает:

– Ну, если честно, чтобы кто-то заревновал твоего мудаковатого принца, уже причин достаточно. Бойка проводит с тобой время. Приглашает к себе домой. Спит с тобой в одной кровати.

– Лена!

– Соррян. Я просто рассуждаю логически. И если ты решила всю оставшуюся жизнь на воду дуть, то явно не тем путем пошла.

– Ой, ну хватит, – перебивает Катя. – А пойдемте в кино! В «Планете кино» премьера «Кричи громче». Сами Градские презентуют!

– Это экранизация того жуткого «бункера»[1]?

– Угу.

– Говорят, это полностью реальная история, – прицокивает Лена языком.

– И ты в это веришь? – скептически смотрю на обеих девчонок.

Я, конечно, наивная, но у них случаются моменты незамутненного сознания.

– Ну, то, что Градские, тогда еще Мария Титова и Ярослав Градский, угодили в бункер и провели там двадцать семь дней – общеизвестный факт. В интернете есть информация!

– Аргумент, – хмыкаю я.

Однако на поход в кино все же соглашаюсь. Домой идти не хочется. Мама, в связи с сессией, возвращается все позже, а я в одиночестве слишком много думаю.

Марию Градскую я люблю и уважаю. Она активный общественный деятель и меценат. Однажды мы с ней даже выступали на одной сцене во время экологической конференции. А вот ее мужа и сыновей я вижу впервые. Они оказываются такими улыбчивыми, что у меня самой невольно губы расползаются. Есть люди, которые входят в здание, как солнце. Вот именно таким является глава семейства – Ярослав Сергеевич. Сходу покоряет своими уверенностью, легкостью, ненавязчивыми шутками и открытым смехом.

– Когда я писала эту книгу, мне просто хотелось закрыть некоторые воспоминания и больше к ним не возвращаться… – говорит Градская с трибуны.

– А получилось, что по всему миру разнесла, – замечает Ярослав Сергеевич в свой микрофон и как-то двусмысленно ухмыляется.

Зал взрывается смехом. А мне вдруг неловко становится. Я тоже читала эту книжку, там много секса. Очень откровенного. Я бы сказала, даже разнузданного секса.

– Неужели все это действительно правда? – шепотом обращаюсь к девочкам.

Однако ни одна из них на вопрос не реагирует. Неотрывно смотрят на сцену.

– Он такой красавчик, – вздыхает Лена мечтательно. – Сколько ему сейчас?

– Тридцать два, – отвечает Катя.

– А дети-то совсем не маленькие…

– Ну, так им было по восемнадцать в бункере. А в двадцать один они уже поженились.

– Младшенький сынишка на него похож, а старший – на нее. Прикольно.