Хмель свободы

Но Симон Васильевич не поладил с писателем и скинул его. Пытался всякими мерами восстановить порядок в Киеве до провинции у Петлюры руки все не доходили. Да и в столице ничего не получалось. Как вспоминают представители Красного Креста, казни продолжались украдкой, ночью, исподтишка. «Встретят на улице человека… похожего на офицера… выведут на свалку, пристрелят и тут же бросят… Или шомполами запорют насмерть, иногда на полусмерть».

Кроме антиофицерских настроений, войска Петлюры были заражены антисемитизмом, непременной болезнью всех крестьянских восстаний на Украине.

…При всем блеске и полновесности армия Петлюры, хорошо снабженная стараниями многих европейских благодетелей, не отличалась ни дисциплиной, ни боевой храбростью, ни ратным умением. Многочисленные экзотические коши и курени, одетые в разные цвета, плохо справлялись даже с отрядами отстаивающих свои «суверенные права» крестьян. От Красной армии, постепенно приобретающей черты профессиональной, как правило, просто бежали.

На востоке уже начали наступление части возрождающейся русской армии, для которой отнюдь не петлюровцы были опасным врагом. Такие районы, как махновская Гуляйпольщина, вообще оставались недоступными для Директории.

"Словом, на Украине творилось черт знает что! Наступило прекрасное время для батек, вождей и атаманов. Богатый край стал лоскутным одеялом, сшитым из разнородных амбиций. Ухватив каким-то образом кусочек власти, люди занимались лишь одним – разрушением. В этой обстановке человек созидания был просто неуместен. Как белая ворона в черной стае.

Бурлила, бурлила Украина, став ареной невиданных противоборств. И всюду, и все – «не на жизнь, а на смерть». Никаких снисхождений. Русское славянство отринуло христианскую мораль и окунулось в языческие времена. Крест в руке святого Владимира, сверкавший над Днепром, померк.

Тьма и кровь!

Украина полыхала. Всюду. Пожарные знают, что существует такой огонь, с которым невозможно справиться, пока не сгорит все, чем питается пламя.