Хищный клан (СИ)

— Сергей, так где ты пропадал? Расскажи нам, — попросила Вика, успокоившись.

— Мы были в изнанке на третьем уровне, — вместо меня ответил трактат.

— С каких пор он говорит? — удивилась Юля.

— С тех самых, когда я приделал ему рот, — усмехнулся я. — А это Ленц, он перевёртыш.

Я снял с плеча саламандру и продемонстрировал девушкам.

— Какой милаха, — сказала Юля и взяла его на руки.

Она начала гладить саламандру, словно это был котёнок, а не опасный высокоуровневый монстр, к тому же ещё и разумный.

— Чуть ниже почеши, пожалуйста, — попросил Ленц девушку.

— Ты ему понравилась, — сказал я Юле.

— Сергей, переодевайся и спускайся на завтрак. Там нам всё и расскажешь, хорошо? — предложил отец, чтобы развеять сложившуюся вокруг меня суматоху.

— Конечно, отец, — улыбчиво ответил я.

Ваня всё это время стоял в сторонке, но и он был рад меня видеть.

— Господин, вы живы!

— Да, Вань. Ты, смотрю, возмужал за эти две недели.

— Уроки магии от Мариссы помогли. Она любезно согласилась мне помочь в этом нелёгком деле.

— Буду премного благодарен.

Мы разговорились, пока шли. Я спрашивал Ваню об обучении магии, и он охотно делился.

— Граф, я должен вам ещё кое-что сказать, — прошептал Иван, когда мы зашли в мою комнату.

— Слушаю.

Я насторожился.

— Ваш отец плох последнее время. Говорит сам с собой. От целителей прячется. Причём ото всех, что от Белладонновых, что от приезжих.

— Думаешь, это известия о моей смерти так его подкосили?

— В том-то и дело, что нет.

— На что же?

— Существует такое проклятье, от которого не может избавить ни один целитель. Хотя скорее это болезнь, от которой медленно умирает мозг. Человек начинает терять рассудок. Называется оно проклятьем забвения, не слышали?

— Не слышал. Ты можешь найти мне больше информации?

— Да. Поищу в вашей родовой библиотеки.

— Раз меня нет, — закончил я предложение вместо него.

— Да, — Ваня отвёл взгляд. — Но вы не представляете, насколько я рад, что вы вернулись, и теперь всё сложится иначе.

Я принял душ и переоделся в чистый костюм.

— За дверью кто-то стоит, — вдруг сказал лежащий на моём столе трактат.

— Кто?

— А мне откуда знать? Сам посмотри. Я же не всевидящее око.