Хэриб. Чужестранка для шейха

И даже Петя за завтраком спросил:

– Мама, а почему папа со мной второй день не играет? Он каждый день отводил меня в конюшню и там мы смотрели лошадок.

После его вопроса Рамира вскинула глаза и тревожно посмотрела сначала на Петю, а потом на меня.

– Господина два дня нет во дворце, – напряжённо проговорила она, обращаясь ко мне. – Он говорил тебе, что уедет?

Он вообще не говорил со мною. Но это я сообщать Рамире не стала.

– Нет, ничего. А тебе?"

"– И мне нет. Хотя всегда предупреждал, если не приедет.

Ревность сменилась тревожным чувством. Оно затрепетало за грудиной, заныло. Нафиз мог не сказать мне, потому что не считал нужным, но Рамиру он очень уважал, её бы предупредил. И просто так бы не пропустил время с сыном.

А что если… если с ним что-то случилось?

Глава 36. «Визит и последствия»

Всю ночь я толком не спала.

И среди них, среди этих сценариев, пугающих жуткими картинами перевёрнутых посреди пустыни и наполовину засыпанных песком автомобилей, среди фантомных перестрелок и расползающихся по идеально белой ткани кандуры[11] алых пятен. Среди этого всего не меньшим страхов вдруг оказался страх, что он с другой.

Нет, не с Рамирой. К ней я ревновала, но как-то необъяснимо иначе. Будто понимала, что она мне не соперница. Но что если Нафиз так устал от наших с ним битв и печальных глаз своей первой жены, что попросту нашёл нам обеим замену. Некую спокойную гавань, где ему не нужно сражаться и не нужно оправдываться.

Утро наступило, и никаких новых вестей о шейхе не пришло. Едва дождавшись завтрака, я поспешила в столовую, надеясь увидеть там Рамиру и, возможно, узнать от неё хоть что-то.

Но она так же нервно ждала меня у входа. Так же глядела с надеждой в глаза.

– Ну что? – спросили мы одновременно.

И поняли, что не порадуем друг друга хорошими новостями.

Шёл третий день, как мы ничего не знали о местонахождении шейха. Рамира связывалась с кем-то по своим родственным линиям, но ответ был прежний. Ничего. Тишина. Кажется, её ещё и отругали, что лезет в мужские дела, а должна сидеть и покорно ждать. Что не её это женского ума дело.