Раздраконь ректора (СИ)

Но она увернулась, да так ловко, что вместо ремня сумки я схватила бархатку на её шее… и оторвала вместе с замком.

Взвизгнув, словно сирена, Корделия тут же бросила сумку, спеша вырвать свой артефакт из моих рук. Но было слишком поздно. Охнув, мы с Глорией во все глаза уставились на преподавательницу, которая, как оказалось, не закончила свои метаморфозы на сегодня…

Глава 18.

– Эээ… профессор Мартелл, – елейным голоском обратилась Глория. – Простите за нескромный вопрос… а сколько вам лет?

– Кто задаёт такие вопросы даме?! – прошипела деканша.

Я, смутившись, поспешно сунула бархатку ей в руки. Недовольно косясь на нас, престарелая гурия быстро застегнула артефакт на шее. Морщины и залысины пошли рябью и исчезли. Грудь снова стала высокой, губы – пухлыми, а талия – тонкой.

Но мы развидеть увиденное уже не могли.

– А я всё думала: у нас молодой ректор, молодая деканша, как все достигают таких постов в столь юном возрасте? – пробормотала Глория. – Может, и ректор-то на деле дед? Рыжуль, ты что ли проверь, прежде чем…

– А ну молчать! – рявкнула Корделия.

Скосив глаза, я увидела, что Зефир уже почти подкрался к сумке. Осталось совсем немного отвлечь деканшу разговорами.

– Мы понимаем, – сказала я. – Но почему вы скрываете свою внешность и возраст?

Корделия обратила на меня полный ненависти взгляд, а затем мне показалось, что я увидела в её глазах слёзы.

– Девчонка! – зло воскликнула она.

– Так вы не влюблены в Дина? – растерялась я.

– Ректора Данталиона! – она закатила глаза. – И ты смеешь так в лицо мне показывать, насколько вы близки?! Ещё и твой паршивый енот пытается украсть ключ!

Воскликнув это, Корделия, к чести сказать, довольно нежно отпихнула Зефира ногой и, быстро наклонившись, сама схватила сумку.

– Я не стану драться с бабкой. Это же против всех законов морали и чести!

– Какая я тебе бабка, дрянь?! – взвизгнула деканша и замахнулась сумкой, аки пращей, с явной целью вмазать Глории по лицу.

Одного она не учла: прямо за её головой на пьедестале мирно стоял кристалл.