Хейло

Я запел, сопровождая слова песни тихими стонами, дававшими слушателям четкое представление, насколько сильно мне хотелось вкусить запретный плод.

На этот раз Вайпер дал мне закончить куплет. Открыв глаза, я увидел, что мужчина пялился на меня с тем самым выражением похоти в глазах, что и прошлым вечером в баре. Но потом это выражение быстро исчезло, и Вайпер просто кивнул.

— Лучше. Намного лучше. Продолжай в том же духе.

Я еще не запомнил припев, поэтому посмотрел на текст в руке и продолжил читать с листа. Вайпер, вроде, не возражал.

— Нет, нет, нет. Снова всё неправильно. Куплет ты спел, как надо, но тот надрыв, что был раньше, нужен как раз здесь. Я же говорил, нагнетай напряжение на протяжении всей песни.

Я попробовал еще раз, но даже сам почувствовал свое нежелание произносить слова песни вслух. Ради всего святого, в припеве были слова «налитые яйца».

— Снова. Добавь напряжения.

Не важно, сколько вариантов я предлагал, Вайпер их все отклонил и, в конце концов, разочаровано заворчал:

— Нет, всё неправильно…

— Тогда какого хрена ты от меня хочешь?

Он был здесь не единственным раздраженным до чертиков.

Вайпер повернулся и тыкнул в меня пальцем:

— Вот. Вот оно. Разозлись.

— Когда ты рядом, это несложно.

Он поднял бровь.

— Несложно?

Вайпер потянулся и стащил через голову рубашку, а потом бросил ее на пол. Я отступил на шаг.

— Что ты делаешь?

Вайпер пожал плечами и подошел ближе:

— Тут жарко.

— Нет, не жарко.

— Нет.

Я не впервые видел Вайпера полуобнаженным — он срывал с себя рубашку почти на каждом концерте, — но здесь мы были с ним одни, и в эротическом слайд-шоу, постоянно крутившемся у меня в голове, мне не нужен был еще один образ полуголого Вайпера.

— Вайпер, оденься.

Вайпер прошелся передо мной с дерзким и напыщенным видом и сказал:

— Почему? Что-то не так? Это тебя злит? Недоволен, что я делаю не то, чего хочешь ты?

— Да.

— Хорошо. Потому что ты должен спеть эту песню так, чтобы каждый на стадионе захотел с тобой переспать.

ГЛАВА 24

ВАЙПЕР

Как только мои слова повисли в воздухе, я увидел, как у Хейло потемнели зрачки и судорожно дернулся кадык. Он смотрел на меня глазами испуганного олененка, и я не совсем понимал, что стало тому причиной: моя близость, моя нагота или вся ситуация в целом. Хейло молчал.