Хейло

Вайпер вел себя как обычно: остроумно подначивал парней и был полностью сосредоточен на музыке. С единственным отличием: он не вторгался в мое личное пространство... и я не совсем понимал, что чувствовал по этому поводу.

— Вчера вечером у меня появилась идея, — сказал Вайпер, когда мы снова собрались в репетиционной комнате. Он держал в руке лист бумаги с каракулями, которые можно было с трудом разобрать. — Думаю, что песня Хейло великолепна и что для нас будет хорошо, если мы запишем еще несколько треков в том же стиле.

Но, может, нам стоит и включить одну-две песни, которые будут звучать для наших давних фанатов знакомо?

— Есть предложения? — спросил Киллиан.

Вайпер кивнул и прошел туда, где за микрофонной стойкой стоял я. За сегодняшний день мы впервые встретились взглядами, и когда Вайпер передо мной остановился, мой пульс ускорился.

— Ангел, не окажешь мне честь? — спросил он, протягивая текст.

Я все еще был «Ангелом», но в его тоне не слышалось прежнего кокетства.

— Конечно.

Я взял из его рук помятый лист бумаги, а он поднял с подставки гитару.

— Что-то вроде этого.

Вайпер сыграл несколько аккордов, а я, бегло просматривая слова, попытался словить нужный настрой...

О, Боже! Я моргнул и снова прочитал текст. Черт возьми, слова песни были вульгарными, полной противоположностью тому, над чем мы работали всё утро, и...

Он сказал, что написал это прошлой ночью?

По лицу Вайпера невозможно было что-то прочесть, но на моем, однозначно, читалось многое. У меня никогда не получалось скрывать румянец, который так легко разливался по коже.

Тем более сейчас, когда я точно знал, о чем эта песня. Вернее, о ком.

Обо мне.

— Как называется песня? — спросил Киллиан.

Когда я промолчал, Вайпер взглянул на парней и ответил:

— «Трудно».

Киллиан открыл было рот прокомментировать, но посмотрел на меня, и похоже, передумал.

— Ладно.

— Я подумал, что лучше начать с этого, — Вайпер сыграл на гитаре рифф, — а потом вступаешь ты, Слейд, со своим шикарным битом.

Как в сексе, когда слышен размеренный скрип кровати. Понимаешь, о чем я? А потом Килл. Бас должен пульсировать. Джаггер. Так далеко я еще не продумал, но ты лучше меня знаешь, каким должен быть звук. — Вайпер продолжил играть, а потом кивнул мне. — Вот здесь вступаешь ты.

— Я не могу это петь, — сказал я и отрицательно помотал головой.

Вайпер перестал играть:

— Конечно, можешь.

— Я так не думаю.

— Хейло, в чем проблема? — Киллиан нахмурился.