Хаски и его учитель белый кот. Том 1

– Девятнадцать миллионов!

– Я предлагаю двадцать пять миллионов!

Когда цена подскочила на шесть миллионов, немало совершенствующихся усмехнулись и сели обратно. После этого сразу несколько серебряных пластин опустились со второго этажа в руки второй главы Сюаньюань. Она взяла их и разложила веером перед собой.

– Самая высокая цена, – четким голосом объявила Глава, просмотрев все таблички, – тридцать пять миллионов.

Тридцать пять миллионов?!

Все собравшиеся обернулись, чтобы посмотреть на таинственную комнату на втором этаже.

– Тридцати пяти миллионов хватит, чтобы купить дворец на Острове Бессмертных!

– Кто предложил цену? Это возмутительно....

– Он так богат, что наверняка принадлежит к одному из великих орденов. Интересно, к какому?

Чу Ваньнин закрыл глаза. Услышав последнее предложение, он спросил Мо Жаня:

– У нас есть при себе большая сумма?

– Нет! – испуганно вскрикнул Мо Жань, который так растерялся, увидев Сун Цютун, что пришел в себя только от вопроса Чу Ваньнина.

– А что Учитель хочет сделать? - осторожно спросил он.

– Выкупить ее.

Мо Жань выпучил глаза и замахал руками:

– Мы не можем ее купить. Эта женщина нам не по карману. Да и куда мы ее денем, если купим? В дороге она станет обузой. Придется брать еще одну лошадь и снимать лишнюю комнату. Зачем? Нет, не надо ее покупать!

– Кто сказал, что она поедет с нами? Нужно выкупить ее и отпустить на свободу, – Чу Ваньнин открыл прикрытые в раздражении глаза, и протянул руку.

Мо Жань прижал к себе мешочек с деньгами:

– Нет! Ни в коем случае!

– Я верну тебе все, когда мы вернемся.

– Это деньги на покупку божественного оружия!

– Разве у тебя уже нет божественного оружия? Зачем тебе два? Отдай деньги!

Когда Мо Жань встретил Сун Цютун в прошлой жизни, она была ученицей ордена Жуфэн, а он только что вырезал целый город последователей этой школы. С первого взгляда Мо Вэйюй поразился ее внешнему сходству с Ши Мэем, и его сердце не могло не пощадить ее.

Тем не менее, это было одной из самых больших ошибок, совершенных Мо Жанем в его прошлой жизни.

Как теперь он мог согласиться, чтобы этот суровый на вид, но добрый в глубине своего сердца человек выкупил ее? Сун Цютун не стоила и четырех медяков, не говоря уже о сорока миллионах золотых.