Каждый любит как умеет

А что будет, когда появится Олег и узнает, что вместо него денежки получили другие? А что будет, если Олег… не вернется? Он почти не верил Лене – в ее рассказах было слишком много неувязок. Но открытка с Дедом Морозом – неужели она ее выдумала? Чего ради она притащила его на квартиру к сыщику? Из-за открытки? Из-за чего-то другого? Он достал пейджер и сменил мелодию на «Подмосковные вечера». Песенка про Деда Мороза давно уже действовала ему на нервы. Но сообщений больше никто не присылал. Все забыли про сыщика, а Лена как будто забыла про Андрея.

Она позвонила глубокой ночью. Две фразы – и Андрея прошибла дрожь: «Он все-таки умер. Приезжайте ко мне срочно, встречу вас у подъезда. Подпись – Алексеева Лена». Андрей прочел сообщение и стер его. Что хуже – иметь дело с сумасшедшей бабой или с мертвым сыщиком? А может, с обоими сразу? Полчаса он вытерпел, приводя в порядок журнал. Потом пил кофе, не чувствуя, положил сахар или забыл. Ему было как-то безразлично. Пейджер жег карман. Хотелось положить эту гадость на пол и давить, давить, пока оттуда не перестанет сочиться яд.

Рамиль присутствовал при том, как Андрей получил это послание и прочел его.

– Назначает свидание? – завистливо спросил он.

Андрей стер сообщение и не ответил.

– Ас Наташей ты что – завязал? – с еще большей завистью спросил Рамиль. – Тебе везет на симпатичных девчонок. Одна другой лучше. Но Наташа – моложе. Ты подумай, пока не бросай ее.

Андрей молчал. Он не звонил Наташе с того самого вечера, как нашел пейджер. Прошло всего два дня – а ему казалось, что последняя встреча была давным-давно. Так давно, что он даже цвет ее глаз начал забывать.

– А если тебе назначают свидание – надо ехать, – убежденно сказал Рамиль. – Я же тебе по гроб жизни обязан! Подежурю один. Возьми мою машину, слышишь?

А может, купишь себе подержанную? За две тысячи – вполне можно.

– Это не мои деньги! – процедил Андрей.

Рамиль ничего на это не сказал. Он только попросил"

"у Андрея номер пейджера – чтобы иметь возможность с ним связаться. Андрей на миг засомневался, но потом все же дал номер.