Каждый любит как умеет

Это он хотел прийти к ней в гости, а она – наотрез отказывалась. А уж чтобы Наташа звонила ему целыми днями… «Я что – похорошел или разбогател? – удивленно думал Андрей. – Или у нее просто нет на примете другого?»

Отец наотрез отказался пить чай с молодыми людьми. Он стеснялся Наташи и, видно, боялся показывать ей свое заросшее лицо и красные глаза. Поэтому он спрятался у себя в комнате с чашкой чаю и ломтем торта. Наташа неодобрительно оглядела запущенную кухню.

– Да, у нас нестерильно, – поймал ее взгляд Андрей.

– А по-моему, ты преувеличиваешь, – она взялась за торт. – Твой папа очень милый. И вежливый.

– Не то что я, да? – хмыкнул Андрей. – У нас с ним разделение труда. Я работаю, готовлю, убираюсь. А он пьет и говорит женщинам комплименты. Я уж думаю – может, поменяться с ним ролями? Ему вроде бы легче жить.

Она попросила его не говорить глупостей. И ее голос при этом звучал, как и в прежние времена – немного раздраженно, как будто Андрей бог знает что сморозил.

– Что с тобой? – Он видел, что она никак не может затянуться, чтобы сигарета ровно разгорелась. – Точно ничего не случилось?

– Со мной ничего, – тихо ответила она. – А вот ты очень изменился. После того как мы нашли пейджер… Ты стал совсем другим. Ты еще не отдал долг?

– Какой долг? – удивился Андрей.

Но она, судя по всему, ему не верила, хотя дальше расспрашивать не решалась. Курила Наташа неумело и очень манерно. И явно чувствовала себя не в своей тарелке. Больше всего ей мешало молчание Андрея. «Почему она не умеет встать и уйти? – злился он, разгоняя дым рукой. – Ведь видит, что никто ей не рад. Кроме отца. Нет, она будет тут сидеть, пока я не скажу ей чего-нибудь приятного. Должна узнать, что я рад ее видеть, хоть тресни! Все они такие».

– Ты обещал мне позвонить и не позвонил, – тихо сказала Наташа. – Почему?

– Да просто забыл.

Уж этот ответ должен был открыть ей глаза. Но Наташа только вздрогнула, будто от укуса комара, и снова занялась сигаретой. На нее было жалко смотреть, но Андрей жалости не чувствовал. «Уж лучше бы отец был пьян, – думал он.