Катарсис. Том 1

Вскрикнув, тот выронил «глушак» — нож попал ему в руку, схватился было второй рукой за карман плаща, но Панкрат был уже рядом, щелчком пальца в кадык отправил Мережковского в бессознательное состояние и прыгнул в прихожую, где уже стоял громадный загорелый парень, телохранитель Архипа Ивановича. Конечно, он был тренирован и вооружен, но вряд ли рассчитывал нарваться на атаку, зная, что шеф не один. На первый удар Панкрата — в лицо — он среагировал, заслонившись локтем, но второй — в пах — пропустил, и Панкрат добил его ребром ладони по шее.

Прислушался к тишине в коридоре — никто не спешил к номеру, никто не поднимал тревогу. Тогда он в течение нескольких секунд оделся в обычный свой джинсовый костюм, рассовал по карманам метательные пластины, подобрал выпавшие у Мережковского и Зинчука «болевик» и «глушак» и выбрался из номера через окно спальни. Спрыгнул со второго этажа на траву за асфальтовой дорожкой под стеной здания, бесшумно рванул к автостоянке базы, где сел в «рафик» «Скорой помощи» и подъехал к воротам базы.

— А, это вы, товарищ полковник, — сказал часовой, включив на мгновение фонарик. — Куда это вы так рано?

— Задание, — коротко ответил Панкрат.

Часовой открыл ворота, и вскоре Воробьев был уже далеко от бывшего туберкулезного диспансера, приспособленного «Психодавом» для своих нужд.

«Рафик» он оставил на Кольцевой автодороге, присмотрел себе пятитонный самосвал возле дорожного ресторана, на неохраняемой стоянке, открыл дверцу кабины и спокойно вывел грузовик на трассу, воспользовавшись специальными навыками диверсанта, освоенными им за много лет службы.

Через четыре часа он был в Осташкове, где Лида с рыданием поведала ему о том, что дети исчезли.

— Когда? — спросил он, обнимая жену, испытывая жуткое чувство холодной ненависти.

— Я только что из милиции… позвонили из школы и из садика… Антона и Настю забрала какая-то женщина, сказав, что она родственница… сижу теперь и жду…

— Где охранники?

— Утром куда-то исчезли.

Они сделали это, пока я ехал, подумал Панкрат как о чем-то обыденном. Мережковский очнулся и дал команду похитить детей, чтобы я не рыпался. Где их теперь искать?

— Успокойся, — сказал он деревянными губами, поглаживая Лиду по спине. — Мы их найдем. Посиди дома, я съезжу в школу и в сад, выясню, как выглядела женщина.

— Я с тобой.

В дверь дома кто-то постучал.

Панкрат резко отстранил жену, шепнул:

— Спрячься в спальне.