Катарсис. Том 1

— В общем-то, в какой-то степени… но такое слышу впервые, тем более от…

— Женщины?

— Красивой женщины, добавьте, ибо до сих пор я был убежден, что ум и красота — несочетаемые понятия."

"— Спасибо, Ираклий Кириллович. — В глазах Марии на миг зажегся насмешливый огонек. — Вы мне льстите.

— Нисколько. Хотя чувствуется, что вы знаете больше, чем говорите. Или я просто не должен знать больше?

— Не должен — не то слово, вы просто не готовы к восприятию массива эзотерической информации, несмотря на весь ваш богатый жизненный опыт.

— Как вас по батюшке?

— Зовите просто Марией.

— Машей можно?

— Машей меня называет лишь один человек…

— Крутов? — догадался Ираклий, слегка уязвленный известием.

Мария не ответила, допивая чай, закинула руки за голову, потянулась, так что под кофточкой рельефно обозначилась высокая грудь.

— Будем отдыхать, Ираклий Кириллович? Какие у вас планы?

Ираклий с трудом отвел взгляд от ее груди.

— Вы же сами говорите, что нас сзывает Крутов. Полечу в Москву… если не перекроют все аэропорты Алтая.

— Перекроют, но нам это не помеха. Хотя лучше, конечно, выехать за пределы края и улететь в столицу из другой области.

— Дороги тоже перекроют.

— Это я беру на себя, вы уже могли убедиться в моих возможностях. Итак?

— Завтра прокачусь в Бийск, предупрежу приятеля…

— Майора Корнеева? Я сама съезжу, вам там лучше не показываться.

— Слушаю и повинуюсь! — поклонился Ираклий, сложив ладони перед грудью. — Тогда давайте укладываться спать. Только придется спать в одной комнате, спален в хате нет, как видите. Ляжете на кровати, а я постелю себе на полу, у порога, буду охранять ваш покой. — Он заколебался, решая, спрашивать то, что давно вертится на языке, или нет, и Мария помогла ему:

— Не стесняйтесь, полковник, если что непонятно.

— Только один вопрос: какой смысл вы вкладываете в слово «Сатана»? Я слышу его не впервые, причем в разных словосочетаниях типа «печать Сатаны», и меня это волнует.

— От кого вы узнали о «печати»?

— От Корнеева, а он — от своих новых коллег, на которых согласился работать.

— На кого, если не секрет?

— На церковь. Его пригласили возглавить особую службу охраны высших духовных лиц и церковных сооружений. Он называет эту службу «церковным спецназом».