Присягнувшие тьме

– Маленькая мадам не желает расставаться со своим добром! – ответил Васька. – Может, надавать ей по шее? Показывай, что там тебе мамочка положила!

Девочка холодно улыбнулась.

– Я понял! – воскликнул вдруг Васька. – Ключ! Он у нее!

Тимофей удивленно нахмурился.

А что, это возможно! Ключ от грузового вагона запросто мог лежать в саквояже – такая маленькая девочка не вызовет подозрений у возможных грабителей. Руководство музея вполне могло пойти на такую хитрость.

Тимофей потянулся к саквояжу. Девочка быстро подняла сумку с пола и поставила к себе на колени.

Он хотел дотронуться до серебристой застежки, но она ловко отбила его руку ладошкой в кружевной перчатке.

– Покажи, что в сумке! – потребовал Тимофей.

– А если не покажу?

Васька направил на нее пластиковый пистолет.

– Покажешь, – спокойно произнес Тимофей. – Ведь ты не хочешь неприятностей?

Темные глаза уставились прямо на него.

– Не хочу, – тихо согласилась девочка.

– Вот и умница, – кивнул Тимофей.

– Я так стараюсь избегать неприятностей.

– Открывай саквояж, малявка! – прикрикнул на нее Васька.

Девочка вздохнула и поднялась с сиденья. Она вышла в проход, поставила саквояж на пол, склонилась над ним. Тонкие пальчики в кружевных перчатках ловко справились с застежками. На безымянном пальце правой руки девочки блеснул странный черный перстень в виде миниатюрного черепа с оскаленными зубами.

Она откинула застежки и медленно открыла саквояж.

Васька уже подпрыгивал от нетерпения. Тимофей пристально следил за ее неторопливыми действиями.

– Что у вас там?! – взволнованно воскликнул Форкис. – Сколько можно копаться?! Вы нашли ключ?!

Гомон в вагоне усилился. Пассажиры угрожающе поглядывали на Форкиса. Столько людей! При желании они запросто справились бы с троицей мальчишек.

Форкис на всякий случай вытащил из кармана свой пистолет и продемонстрировал его толпе. Злобные взгляды и недовольный ропот сразу поутихли.

Тем временем девочка опустила в саквояж обе руки.

"На вытянутых руках девочки, словно готовый к броску шар для боулинга, лежал настоящий человеческий череп. Выглядел он просто жутко. Гладкая кость блестела в свете ламп. Пустые глазницы пялились, казалось, прямо на мальчишек, пожелтевшие зубы весело скалились.

– Это… это… – забормотал Васька.