Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

– Спокойной ночи, хозяин, - сказали те, кланяясь.

– И вам спокойствия, - ответил Каспар.

Пару раз на его красильни нападали воры, одного сторожа даже зарезали, и тогда Каспар отдал вдове пятьдесят золотых. Даже сам потом удивился, но не пожалел о поступке. В последнее время дела шли все лучше, и золото текло в карман нескончаемым ручейком.

«Куда мне столько?» - иногда удивлялся Каспар. Детей следовало обеспечить, это да, но ведь уже хватало не только на детей, но и на внуков и правнуков.

Как раньше везло Каспару в ратных делах, так теперь везло на стезе торговой.

К приходу Каспара и Хуберта Генриетта, как обычно, приготовила ужин.

– Смотри, дорогая, что у меня есть! - с порога объявил супруг, разворачивая еще сырой холст.

– Чего там смотреть, я отсюда вижу, что кафтан и рубашка испорчены! Каспар, сколько раз тебе говорить - ну накинь старую рубаху, я тебе их в красильню полдюжины перетаскала! Почему Хуберт чистый, а ты будто в мешках с капиролом рылся?

– Погоди кричать…

Каспар прошел на кухню, зажег вторую лампу и в обеих выкрутил фитили на больший огонь - стало светло как днем.

– Смотри!

И он снова развернул холст.

– Ну и что? «Пшенка» это, сразу видно."

"– Это не «пшенка», мама, это батя на красильне сам сварил! - гордый за отца, сообщил Хуберт.

– Да ты что?! - не поверила Генриетта, медленно приближаясь к сырому холсту. Будучи женой промышленника, она уже давно вникла во все проблемы производства, а период, когда муж и Луцвель экспериментировали как одержимые, помнила очень хорошо.

– Как же это вас угораздило?

– Рыпа помог! Масло предложил экономить и вместо деревянного ореховое, после пряников, в краски лить. А оно с угольками мелкими, вот они-то и дали эту звездную россыпь. - Каспар погладил холст и наконец сел. - Вот такие дела.

– Это ж какие деньги ты теперь в дом понесешь, - покачала головой Генриетта.

– Да что там деньги, красота-то какая - ты посмотри. Если цвета правильно набирать, так и лучше получится.

– Конечно, - согласилась Генриетта, понимая значение события. В других случаях пить вино она Хуберту не позволяла.

«Вот женится - пусть жена решает, а пока все на мне, я ему не позволю», - говорила она.

Только сели за стол и разлили рейнтвейн по стеклянным бокалам - появилась Ева.

– Наш герцог на войну созывает, мы пойдем?

Каспар, так и не донеся бокал до рта, поставил его на стол.