Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Но воинская доблесть – это единственное, что я взял от твой крови, все остальное во мне от Рембургов. Я – Рембург, ты должен понять это!

– Ваше высочество, то, что вы навестили меня, – большая честь для простолюдина, и я прекрасно понимаю разницу между мной и вами. Когда я смотрю на вас, я вижу Рембурга, славного наследника королевского дома.

Лицо юного принца разгладилось, он облегченно вздохнул и поднялся.

– Что ж, Фрай, прощай, желаю тебе поправиться.

С этими словами он покинул Каспара, и тот наконец смог перевести дух.

На смену принцу вернулась королева. Она не стала садиться и остановилась поодаль.

– Что скажешь, Фрай? – спросила она, испытующе глядя на него.

– Мне бы не хотелось, чтобы моя супруга когда-нибудь увидела его высочество. Боюсь, она потребовала бы объяснений.

Королева довольно улыбнулась, почему-то для нее было важно, чтобы этот наемник признал своего сына.

– Прошу меня простить, ваше величество, я хотел бы спросить…

– Спрашивай, – разрешила Анна Астурийская.

– А ваш супруг, как он отнесся к появлению принца Филиппа?

– Я приложила немало сил, чтобы все признали Филиппа законнорожденным наследником. – Королева вздохнула, видимо вспомнив о чем-то невеселом. – Мне пришлось идти по головам, чтобы таковым не посчитали одного из бастардов его величества. Но его дети слишком слабы и в точности повторяют короля Ордоса. – Королева выдержала паузу. – Филипп не таков, он в меру горяч и рассудителен.

– Раньше я боялся откровений высоких особ, – вспомнил Каспар. – Сведущие люди при дворе герцога Ангулемского часто пропадали.

– Ах, оставь, Фрай, – отмахнулась королева. – Мы расстаемся и едва ли когда-нибудь увидимся вновь.

«Хотел бы я, чтобы так и было», – подумал Каспар.

Королева ушла, а он еще долго лежал с открытыми глазами. Потом незаметно для себя уснул, так и не попросив ужина.

Глава 97"

"Проснулся он поздно, солнце уже перевалило за половину короткого осеннего дня. На столе рядом с ним стояла уже остывшая еда – пшенная каша с желтоватым топленым маслом и разбухшая в тарелке куриная лапша с потрошками.

Не надевая сапог, Каспар сразу набросился на еду.