Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

– Никто не готовит – сам делаю.

– Во как!

– Мою шкуру много раз дырявили, приходилось подлечиваться, что-то покупал, что-то сам выдумывал, а эту мазь меня научил делать мессир Маноло. Добрейший человек.

– А он откуда умеет?

– Да он много чего делал: и боль снимал, и кости сращивал. Видел вперед времени и назад… С таким помощником воевать легко было.

– Готово, опускай рубаху.

– Хозяин, кто на часах стоять будет? – спросил сонный Свинчатка.

– Сегодня никто, подопру дверь мечом, и все дела.

Глава 53

Ночью у Слизня случился сильный жар, он выкрикивал какие-то слова, кого-то звал, пытался сорвать повязку, но общими усилиями Каспара и Лакоба его удалось успокоить.

Еще не было и восьми, когда Каспар проснулся, проверил пояс с золотом и, спустив босые ноги на пол, огляделся.

Все спали. Красавчик тяжело всхрапывал, но продолжал прижимать к темени высохшую тряпку. Огромная шишка на его голове сошла, однако половина лба и уши окрасились в цвет свежего синяка.

Рыпа дышал только ртом, примочки ему почти не помогли, лицо приняло непонятную форму и неопределенный цвет – от синего до желто-зеленого.

Свинчатка был в норме, Слизень выглядел бледным, но дышал ровно – это говорило о том, что дела раненого идут на поправку.

Прислушиваясь к ощущениям в раненом боку, Каспар стал одеваться. Старая повязка на полу – та, что вчера снял Лакоб, была пропитана кровью, короткая схватка с харнлонской бандой не прошла даром.

– Лакоб… – негромко позвал Каспар, одевшись.

«Сержант» приоткрыл глаза.

– Я пойду покупать провизию и одежду, ты остаешься за старшего. Скажешь трактирщику, чтобы еду вам приносили сюда, по нужде ходите по двое – возможно, местные воры захотят закончить начатое.

– Понял, ваша милость, – ответил Лакоб и широко зевнул.

– На всякий случай зарядите арбалеты и положите под окно – мало ли что может случиться.

– Понял.

– А сейчас подопри за мной дверь, я уйду.

– Хорошо, ваша милость.

Каспар вышел на лестницу и потянул носом: на кухне варился рыбный суп.

– Эй вы, кто там есть? – позвал он, спускаясь по лестнице.

– Слушаю, ваша милость, – отозвался трактирщик, появляясь в зале с перепачканной рыбьими потрохами тряпкой.