Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Недобро усмехаясь, он заступил дорогу трактирщику-рукосую.

– Ты умрешь, ланзапп! – заревел тот и, подхватив с пола обломки брошенного в него стула, вооружил ими три свободные руки.

Покончить с раненым он намеревался быстро, однако Каспар был зол, и это придавало ему сил. Слегка прихрамывая, он неудержимо наступал на вероломного трактирщика, применяя все свои «подлые» приемы, в том числе удары «с потягом». После пары коротких стычек рукосуй получил несколько глубоких порезов.

– Не нравится, кухаришка? – усмехнулся Каспар.

Получив еще пару порезов и потеряв от отчаяния осторожность, рукосуй бросился на Каспара, зажав топор всеми четырьмя клешнями. Он намеревался сокрушить врага последним ударом, но мастер слегка тяжеловатым пируэтом ушел вправо, и в следующее мгновение его клинок вышел из спины «провалившегося» вперед трактирщика.

В кухонном проеме появился кто-то еще. Каспар видел только расплывчатый силуэт, однако понял, что это женщина и в ее руке огромный лук – вроде литонского. Качнувшись в сторону, он сбил трактирщице прицел. С запозданием щелкнула тетива, стрела понеслась к двери, встретив забежавшего внутрь Слизня. Удар пришелся в нагрудник, слабо пущенная стрела только вмяла его, отбросив Слизня на закрывшуюся дверь.

– Оп-па! – воскликнул тот от неожиданности, однако арбалета не выронил и, вскинув его, выстрелил в ответ.

Болт пронесся мимо Каспара и, найдя цель, отшвырнул трактирщицу на стол с расставленными кастрюлями и чугунками. На раскаленной плите зашипело, взметнулось огнем разлитое масло, Слизень ухватил за ноги ближайшего рукосуя и свалил его на пол – воры стали одолевать врага.

Чувствуя, что вот-вот потеряет сознание, Каспар двинулся к двери.

– Ваша милость, я здесь! – Лакоб подхватил его под руки и принял выскользнувший из ослабевшей руки меч.

Издалека, откуда-то из другой реальности доносились ругательства и звон стали.

«Получи, паук!»

Кажется это был Рыпа.

«Все, уходим! Сейчас здесь все сгорит!»

«Это Красавчик», – угадал Каспар, чувствуя, как его кладут на телегу. С необычайной ясностью он ощутил свежесть осеннего воздуха.

«Куда теперь, ваша милость?!» – прокричал Лакоб. В его голосе слышалась растерянность.

– В город… Ноэль… Десять миль… – из последних сил произнес Каспар и провалился в пустоту беспамятства.