Каспар Фрай-2 (авторский сборник)

Взвизгнула и рванула повод привязанная лошадь, Каспар перемахнул через телегу и спустя мгновение был возле костра, где перепуганный и взмокший часовой все еще сидел с раскрытым ртом и, показывая куда-то в кусты, отчаянно тряс головой.

Недолго думая Каспар выхватил из костра кривую головню, взмахнул ею и, держа над головой, с мечом во второй руке двинулся в кусты. Подоспевшие воры, кто с мечом, кто с заточкой, с выпученными от ужаса глазами следили за его действиями.

Осмотрев заросли, Каспар спустился к озеру, но и тут трава была несмята, а вода у берега невзбаламучена.

– Что ты видел, Котлета? Что ты видел? – пытал часового Красавчик.

Подоспевший с кожаным мешком для воды Лакоб дал пострадавшему напиться. Лишь после этого Котлета кивнул, давая понять, что теперь может говорить.

– О…о… он появился! Вон там, возле кустов!

– Кто он? – спросил Красавчик.

– Не знаю… Он был в накидке… Он был большой – до макушек деревьев. И еще… – Котлета замолчал, словно что-то вспоминая. – Он сказал! Он сказал!..

Пострадавший увидел Каспара и вцепился в его рукав.

– Хозяин, он тебя спрашивал!

– Меня?! – поразился тот, ловя на себе настороженные взгляды воров. Каспар представлял себе, что они могли подумать.

– Что тебе почудилась, кто это был? – стал спрашивать он, делая ударение на слове «почудилось».

– Он как человек, только высокий – до самых макушек деревьев. – Котлета указал пальцем вверх, и все невольно подняли головы, глядя в ясное ночное небо. – Потом он встал там… Он встал там и сказал: почему я тебя не знаю?

– А ты что? – спросил Рыпа.

– А я ничего, я прям обмер и похолодел. Я ничего не сказал.

– А он? – не отставал Рыпа.

– Он подплыл прямо к костру и спросил: где Фрай? Да, так и сказал: где Фрай? Потом руки ко мне протянул, а на пальцах его когти острые дюйма в три, и говорит: давай попьем твоей кровушки! И я заорал, не помня себя…

Котлета всхлипнул, закрыл лицо ладонями и заплакал.

– Ничего, такое бывает. Ночью, в лесу, да еще после запоя. Он сколько дней пил?

– Вторую неделю уже, – ответил Бабушкин Звон.

– Тогда ясно. Все, ложитесь спать, теперь моя очередь в карауле стоять.