Карлссон, который живет на крыше (Пер. Л. Брауде и Н. Белякова)

— Мы… — начал было Кристер.

— Как там тебя зовут? Август, а дальше?

— Я не Август, я Кристер.

— Продолжай в том же роде, — сказал Карлссон.

— Их зовут Гунилла и Кристер, — пояснил Малыш.

— Да… Надо же, как некоторым не везет. Но вы не расстраивайтесь… не могут же все зваться Карлссонами.

Он с любопытством огляделся, продолжая болтать не переводя дыхания.

— Мне что-то хочется немножко попроказничать. Не побросать ли нам стулья в окно или еще что-нибудь придумать?

Малышу это не показалось интересным, к тому же он был уверен, что маме с папой это не понравится.

— Ну раз они такие старомодные, — сказал Карлссон, — тут уж ничего не поделаешь. Тогда надо придумать какую-нибудь другую проказу, потому что мне охота проказничать. А не то я с вами не буду играть! — заявил он и сердито поджал губы.

— Да, давайте придумаем что-нибудь другое, — попросил Малыш, но Карлссон продолжал дуться.

— Берегитесь, как бы я от вас не улетел! — сказал он.

И Малыш, и Кристер с Гуниллой понимали, какое это было бы несчастье, и стали умолять Карлссона остаться с ними.

Карлссон помолчал немного с сердитой миной."

"— Я еще не знаю, но,

может, я останусь с вами, если вот она похлопает меня ласково и скажет: «Останься, милый Карлссон», — сказал он и указал на Гуниллу толстым пальчиком.

И Гунилла тут же начала похлопывать его со словами:

— Останься с нами, милый Карлссон, мы придумаем что-нибудь веселенькое.

— Так и быть, останусь, — пообещал Карлссон, и дети с облегчением вздохнули.

Мама и папа Малыша иногда прогуливались по вечерам. И сейчас мама крикнула из прихожей:

— Пока, Малыш! Кристер с Гуниллой могут оставаться у тебя до восьми часов, а потом ты сразу же должен лечь в постель. Я приду позднее пожелать тебе спокойной ночи.

И входная дверь захлопнулась.

— Она не сказала, до какого часа можно мне оставаться, — сказал Карлссон, выпятив нижнюю губу. — Я не играю, если ко мне относятся несправедливо.

— Оставайся сколько хочешь, — предложил Малыш.

Карлссон выпятил нижнюю губу еще сильнее.

— А почему нельзя

менявыставить в восемь часов, как других людей? Я не согла…

— Я попрошу маму выставить тебя в восемь часов, — поспешно согласился Малыш. — Как ты думаешь, чем бы нам позабавиться?

Плохое настроение Карлссона как ветром сдуло.

— Можно поиграть в привидения и напугать людей до смерти, — предложил он. — Вы и не знаете, что можно сделать с помощью всего лишь одной маленькой простынки.