Карт-Бланш для Синей Бороды

Но вот эти змеи… Пляшущие вокруг нас с Аленом, уверенные в силе своего яда…"

"– Слишком уж осведомлены вы были о том, что происходит в нашем доме, – я пыталась потянуть время, потому что было ясно, что намерения парочки были отнюдь не добродушными. – И ты, мой бывший друг, когда напропалую сплетничал о том, что говорил граф, и вы, леди, когда поспешили похвалить сбритую бороду милорда, хотя его самого ещё не видели.

– Вы такая умная, такая славная, – продолжала мурлыкать Милисент, подбираясь ко мне все ближе.

 – Мне жалко убивать вас, но Реджи так решил, а значит, придётся.

– Оказывается, ты пыталась сделать это и до меня, – сказал Реджинальд. – Какая ты дура, Милли.

Она вмиг растратила показную слащавость и выражение лица стало хищным, а взгляд – холодным:

– Почему это я дура?

– Потому что испортила весь мой план своей дурацкой выходкой.

– Испортила план? А может, в твои планы не входило убивать её? – она мотнула головой в мою сторону.

Реджи промолчал.

– Может, захотел меня обмануть? – напирала она.

 – Ты решил избавиться от графа и жениться на ней?

– Избавиться от графа?! – воскликнула я. – Зачем, Реджи? Чем милорд провинился перед тобой?

Он молчал, с преувеличенным усердием натягивая перчатки.

– А вы? – я повернулась к Милли. К сожалению, она стояла между мной и выходом, и я боялась, что не смогу оттолкнуть её, если брошусь бежать. – Вы сказали Алену, что отступитесь от него. Вы солгали?

– Что поделать, бедная, наивная девочка, – ответила леди Милисент, пожимая плечами.

 – Люди, подобные Алену так и хотят быть обманутыми.

– Это ведь не в первый раз, когда вы его обманули? – я впилась в неё взглядом. – Ален не мог взять вас силой. У него болела рука, он не справился бы с вами, – я отчаянно надеялась на чудо – вдруг Пепе очнется и сможет что-то предпринять.

– Ален такой благородный и доверчивый, лапочка, – охотно поделилась со мной Милисент, наверное, она уже считала меня покойницей, а потому не видела ничего дурного, чтобы открыть секреты.

 – Когда он выпил мое замечательное вино, то уснул беспробудным сном, и не почувствовал, как мы с Реджи уложили его в мою постель, ну а утром мне оставалось лишь разыграть оскорбленную невинность. Он поверил, – она засмеялась, но глаза оставались холодными.

– Да, он, действительно, доверчив, – сказала я. – Но кто бы догадался, что за ангельской внешностью скрывается настоящая змея.

– Тявкай, пока можешь, – сказала Милисент.