Карт-Бланш для Синей Бороды

Вот увидите, он вернется и станет, наконец-то, спать спокойно, и прекратит бродить… – она замолчала, сделав вид, что занята чисткой миндаля.

– В чём дело, госпожа Барбетта? – спросила я спокойно. – Продолжайте. И перестанет бродить по ночам. Вы это хотели сказать?

Служанка пристыжено молчала.

– Бросьте, – сказала я, орудуя толкушкой. – Я же не вчера родилась. Вы всё выдумали про Удушенную Даму. Вы не хотели, чтобы я ходила по замку ночью и наткнулась на графа.

– Простите, миледи. Но так для вас будет лучше.

Граф, порой, сам на себя не похож – может накричать, может и ударить. Особенно перед тем, как запрется в своей проклятой комнате.

– В комнате? – спросила я, оставляя работу.

– Есть у него потайная комната наверху. Никого туда не впускает. Что уж он там делает – не знаю, но выходит оттуда, как старик – шаркает ногами, и лицо у него становится совсем жёлтым.

– И как часто он там запирается?

Барбетта посчитала по пальцам:

– Раз в две недели, бывает и чаще. Не подходили бы вы к нему, миледи, когда он не в себе.

Про Удушенную Даму я хоть и приврала, но ведь прапрадед милорда и в самом деле трёх своих жен поубивал. Король приговорил его в вечному заточению, так он и умер в монастыре, в замурованной келье.

– Прадед милорда? – переспросила я.

– Прапрадед. Милорд похож на него, как две капли воды. Только вот не убийца он, нет.

Ключ от потаённой комнаты так и прижег меня между ключиц, наверное, я побледнела, потому что Барбетта спросила, не подать ли мне воды.

В ту же ночь я вышла из своей комнаты, чувствуя себя вором и разбойником, и прокралась на четвертый этаж, к хрустальному окну.

Я несла с собой свечку, прикрывая её рукой, чтобы свет никого не потревожил. Но никто из слуг мне не встретился, и до потайной комнаты милорда графа я добралась без приключений.

Я долго не могла отыскать хитро запрятанную замочную скважину, а потом долго не могла попасть в неё ключом. Ключ повернулся легко и без скрипа, и я открыла двери, холодея от страшного предчувствия.

Что я увижу? Какую страшную тайну графа раскрою? Я прекрасно помнила про запрет, и осознавала, что угрозы, которые высказывал мне муж, вполне реальны. Но остаться в стороне не могла.

Жена – это та, что делит с мужем жизнь, а жизнь – это не только радости и приятности. Став женой графа, я должна разделить и его страхи. Так я подбадривала себя, готовясь лицом к лицу встретить то ужасное, что скрывала комната."

"Бог весть, что я ожидала увидеть, входя в неё.