Карьерист

Ну и оставалось только поражаться и благодарить удачу, что снаружи никто не заметил излишнего тепла, противной вони и диковинных для этого места госпиталя противных запахов подгорания. Могли ведь и найти чужака! Видимо, его спасла отменная всё-таки вытяжка, вытянувшая плохие запахи куда-то на крышу.

Но самое ценное и приятное – это захват из пространства энергии, невероятно ценной и полезной для собственного излечения. Регенерация заработала с немыслимой скоростью и эффективностью. Зажило на теле и внутри его – всё! Буквально – всё!

Вдобавок и сил осталось достаточно для излечения ещё нескольких тяжелораненых человек! Теперь только и оставалось, что обследовать самого себя и разобраться: почему собственные возможности так резко и сразу усилились на несколько уровней? Всё-таки раньше, когда Поль забирал силы у приговорённых к казни, внутренний резервуар оставался не в пример меньшим.

И куда, спрашивается, сейчас влилась добрая часть процесса кипящей плазмы?

Также следовало тщательно вспомнить, осознать, разложить по полочкам памяти и зазубрить всю последовательность своих действий.

Обязательно пригодится в будущем. Ведь стекла, как такового, везде в ДОМЕ хватает, и его доступности надо радоваться. А вдруг удастся подобный процесс запустить и на кучке простого песка?

Последний вопрос немножко напугал поощера.

«Уж какие перспективы открываются! – мысленно восклицал он. – Что-то мне кажется, что подобного даже дэмы сотворить не могут… Или могут?.. Но в любом случае, о таком лучше помалкивать.

Вон за какие-то артефакты чуть в опалу не попал…»

Времени хватало вполне. Так что всё спокойно прогнать в памяти, обдумать и запомнить обстоятельства позволяли. А здравый смысл – подталкивал, заставлял и не давал расслабленно почивать на лаврах. И должные слова, сказанные не раз Прогрессором, всплывали постоянно в памяти:

«Слишком вы, людишки, ленивые. Потому и смертные!»

Созвучно с нынешним положением: умирать среди чужих и в чужом краю не хочется.

Вот и пригодилась каждая правильно используемая свободная минутка. Ближе к вечеру, когда топот сапог в госпитале затих, а поиски заговорщиков завершились, к прячущемуся Труммеру коротко заглянула Оюкен.

– Ты как тут? – прошептала она в открывшуюся щель.

– Умираю от жажды! – признался Поль. – Вода закончилась. Но ещё больше умираю из-за отсутствия, извини меня, горшка.

– Потерпи ещё немножко, сейчас переведём тебя обратно в комнату отдыха, – пообещала она.