#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 11 (СИ)

Всё законно, государство получило деньги, а мы вертолеты. Сумма ушла приличная, но в этой глуши вертолет — необходимая вещь.

Тут же в криокапсуле лежит тело дроу — не Наггера, а другого, чтобы не задевать легионера. А то когда он увидит себя во плоти, сразу впадет в депрессию. Тело же предназначено для Дубного, самого правильно и честного легионера. Вся предварительная подготовка уже сделана. В лобовую кость дроу инкрустирован черный кристалл. Один из подарков Жанны Горнорудовой. Вместилище разума пока пустое. Целитель подвязал к кристаллу новые нервные ткани из мозга.

Я решил действовать через кристалл по одной простой причине. Если Дубный будет сидеть прямо в голове дроу, то может перенять его расовые привычки и особенности. А эти остроухие, знаете, скверные ребята. Они вам не няшки-альвы. Любят дроу устраивать мясорубки да и вообще знатные извращенцы.

С кристаллом же есть надежда, что Дубный сохранит себя. Если же нет, то придется забирать каменщика обратно к себе в голову, а привитые ему экзотические вкусы очищать посредством телепатии.

Само переселение занимает меньше минуты. Нет ничего быстрее скорости мысли, потому телепаты и опасные ребята. Выстави против телепата боевого мага без щитов, да хоть того же огневка, и он не успеет даже искру разжечь, как закружится в балетном фуэте. Ну или просто вырубится, что вряд ли. У телепатов очень специфическое чувство юмора. Если попал к ним в руки, легко не отделаешься.

Дубный перенесен и кристалл слегка светится. Дроу открывает чуть раскосые глаза и удивленно смотрит на меня.

— С новосельем! — усмехаюсь.

— Шеф, я тебя вижу, — бормочет остроухий, а вернее, Дубный. — В реале вижу! Значит, я больше не в твоей голове.

— Ага, перенос состоялся, — улыбаюсь. — Можно тебя поздравить. А теперь вставай и разомнись: попрыгай на месте, помаши руками, покружи корпусом.

Дубный неуверенно, пошатываясь, вылезает из криокапсулы и принимается за разминку. Двигается он как Буратино, такой же деревянный, но это дело поправимое, обвыкнется.

Лицо у Друбного непроницаемое, словно застывшая маска. Кажется, каменщик еще в шоке.