Каратель

 – Что еще от меня требуется?

– Пока ничего. Если понадобитесь, вызовем повесткой. И вот еще что… Если в течение недели от ваших недавних посетителей не поступит никаких новых предложений относительно совместной работы с фондом, то дело автоматически квалифицируется как уличное хулиганство с особо тяжкими последствиями. Вот почему я пока не беру с вас письменных показаний о первом визите бандитов. Понятно?

– Еще бы!.. Зачем вам утруждать себя лишней работой! Гораздо проще все списать на неизвестных хулиганов и благополучно положить этот глухой «висяк» на полку.

"

"– Зря вы так, господин Маркелов. Мы делаем все, что в наших силах. До свидания. Если что – звоните.

Едва шаги следователей в коридоре стихли, в кабинет ворвалась смертельно бледная Наташа и обессиленно опустилась на один из стоявших вдоль стены стульев.

– Я все слышала, Коля… Господи, какой ужас!..

Маркелов ничего не ответил. Он молча курил и отсутствующим взглядом смотрел в окно.

Выходит, действительно, те, кто по закону должен защищать людей от произвола бандитов, если не окончательно куплены, то уж, во всяком случае, думают лишь о том, как увильнуть от работы и поскорее закрыть все имеющиеся в разработке дела.

Остается только брать в руки оружие и самолично расправляться с отравляющими честным людям жизнь подонками. Прав был этот мент, когда сказал – «око за око»! Только так можно восстановить справедливость, только такие аргументы понятны этим скотам, считающим себя хозяевами жизни.

– Наташа, позвони Паше Орлову, – ровным голосом произнес Маркелов. – Пусть приедет в офис. А я пока позвоню в похоронное бюро.

– Коля…

– Иди, прошу тебя. Мы все равно уже ничего не можем изменить.

– Это сделали те бандиты, что приходили к нам тогда, да?

– Возможно. Сейчас рано говорить об этом. Время покажет. Иди, найди Павла. Позволь мне немного побыть одному…

Наташа поднялась со стула, продолжая некоторое время испуганно-вопросительно смотреть на Маркелова, а потом, размазав носовым платком по лицу слезы, медленно вышла из кабинета.

Спустя минуту Маркелов услышал, как она срывающимся голосом сообщает Орлову трагическую новость.

Глава 12

Николай Маркелов и Павел Орлов медленно брели с кладбища в толпе других провожающих. Похоронная церемония закончилась, над кладбищем повисла тишина, нарушаемая лишь гортанными криками ворон. Маркелову казалось, будто эта мрачная тишина обволакивает его, сковывая движения, усыпляя мозг.