Каратель

Милиционер повернулся и той же ленивой походочкой направился обратно к эскалатору.

Игорь сразу сообразил, в чем дело. Для видимости он постоял еще несколько минут на перроне, пропустив по одному поезду в каждом направлении, а потом, когда в темном туннеле вновь показались огни поезда, в последний раз взглянул на часы, что-то пробормотал себе под нос, затолкал завернутую в блестящий целлофан красную розу в ближайшую урну и уехал. Посланные по его следу «топтуны» в очередной раз вернулись ни с чем. На следующее утро чекист, отдавший приказ «пасти журналиста», скрепя сердце распорядился снять с Родникова наблюдение.

Через несколько дней после того случая, когда Родников ехал к себе домой на предоставленном Артемом служебном «Форде Скорпио», он вдруг увидел голосующего на обочине человека. Помня милицейские страшилки о канувших в небытие доверчивых таксистах, Игорь предпочитал не сажать к себе в машину посторонних, но на сей раз что-то заставило его включить указатель правого поворота и притормозить, едва не обдав стоявшего под дождем человека грязью из лужи.

Мужчина быстро сложил зонт, открыл переднюю дверцу «Форда» и уселся на мягкое велюровое сиденье.

– Поехали, – сказал он, пригладив рукой мокрые усы, и как-то странно взглянул на Родникова, словно он был его персональным шофером. Игорь на мгновение растерялся от такой неслыханной наглости и уже хотел выкинуть очень смахивавшего на певца Розенбаума пассажира обратно под дождь, но тот вдруг улыбнулся и вполне дружелюбно сказал:

– Надеюсь, сегодня за тобой никто не следит.

Родников только молча покачал головой, улыбнулся в ответ и отъехал от обочины.

– Давай все по порядку, – закуривая, предложил Ворон, – у нас не очень много времени. Потом высадишь меня у метро.

– По порядку так по порядку, – вздохнул журналист и принялся не спеша, не упуская ни одной детали, рассказывать сыщику всю историю с копией видеозаписи, которую передал ему на хранение майор Безукладников и которая затем исчезла из сейфа в кабинете Каца вместе с крупной суммой денег.

Изредка Ворон задавал уточняющие вопросы, но в основном только слушал, время от времени кивая.

– Ну вот, теперь мы хотя бы знаем, кто убил майора Безукладникова и его стукача, – задумчиво произнес Ворон, когда Родников закончил свой рассказ. – Я так и думал, что это не Махарадзе. С одним, значит, разобрались.