Капкан (СИ)

Закидываю ногу на ногу и прохожусь ею вдоль его коленки. Если я и голодна, то только этим мужчиной. И когда я только успела стать такой озабоченной?

Наш ужин длится, в среднем, не больше двадцати минут, но мне кажется — сутки. Ему кто-то позвонил по работе, и он проговорил все это время с ним по телефону, пока я соблазняла его тактильно и визуально.

Получилось ли у меня? По лицу Роланда сложно это понять, но вот его действия никогда не подводят.

— Передайте мою благодарность поварам, — встав из-за стола, обращается к вошедшей помощнице.

— Хорошо, Роланд Ренатович.

— Милену я сам проведу до гостевой комнаты.

Женщина понимающе кивает, и он разворачивается к выходу. Я встаю следом, благодарю за вкусный ужин и иду за ним.

Мы поднимаемся на второй этаж. Эмоции штурмом берут разум и творят настоящий хаос. Целуясь, проходим пару закрытых комнат и, наконец, входим в одну из них. Я делаю пару шагов вперёд, пытаюсь осмотреться, пока слышу, как Роланд закрывает дверь на замок, но вскоре чувствую его пальцы на своём запястье.

Тяжело дыша, приближается вплотную, хватает за бедро, да так, что я взвываю от боли, а после все с той же силой поднимается вверх по телу, пока не останавливается у шее. Начинает душить, стиснув зубы и челюсть, а второй рукой лезть под платье.

— Никогда ещё не хотел никого так убить и трахнуть одновременно! — шипит сквозь зубы, возбуждая сильнее.

Еле дышу, жадно глотая остатки воздуха, а он продолжает причинять боль и возбуждать одновременно. Ещё чуть-чуть, и его оба желания осуществятся — чувствую, что вот-вот потеряю сознание, но настолько поглощена происходящим безумием, что не готова сопротивляться. Уверена, трахнуть меня он хочет живой, поэтому знает, когда остановиться.

Он отпускает руки и упивается моим состоянием, желающим его прикосновений снова.

Роланд хватает меня за волосы, наматывает их на кулак и притягивает к себе. Языки пламени в его зрачках вспыхивают с новой силой. Кажется, он сейчас вопьется губами в мои губы, но, вместо этого, резко склоняет меня на колени. Надо быть полной идиоткой или албанской девственницей, чтобы не понять, чего он от меня хочет.