Призванная для Дракона

М-м-м, объедение, — она закатила глаза и облизнулась, всем своим видом демонстрируя, как это вкусно. — Или в пивном соусе с карамельной репой и жареными маслятами…

— Хватит!

Не скрывая раздражения, Крейн бросил нож и посмотрел на нее.

— Чего ты хочешь, женщина?

Она улыбнулась, не скрывая триумфа.

— Во-первых, меня зовут Тая. Постарайся это запомнить, или мне придется обращаться к тебе «мужчина».

Крейн угрюмо нахмурился, но смолчал. Только многозначительно сложил руки на груди.

— Во-вторых, — продолжала она, игнорируя этот жест, — раз уж ты предложил мне и ребенку свое покровительство, так дай же и мне ответить добром.

Она увидела, как его правая бровь скептично приподнялась. Но выражение лица не изменилось.

Несколько минут он разглядывал ее с таким видом, будто решал, а не стоит ли зажарить на ужин одну болтливую женщину, вместо зайца.

Потом произнес:

— Ладно. Я готов выслушать твое предложение.

— Я хочу приготовить ужин.

***

Она снова его удивила.

Согласилась на брак, почти не раздумывая. А потом еще заявила, что он должен обращаться к ней по имени. Она ничуть его не боялась, и это было для Крейна странным и непонятным.

Эту женщину похитили из родного дома, неизвестно сколько держали в плену, насиловали, против воли сделали матерью.

А сейчас она спокойна и рассудительна, как ни в чем не бывало.

Крейн ожидал, что Тая станет шарахаться от него, как от приспешника Холла. Но она и здесь его удивила. Его прикосновения не вызывали у нее отрицательных эмоций, он знал это точно, потому что чувствовал эмоции через ее дитя.

Да еще и манера речи у нее совсем не похожа на ту, к которой он привык.

Тая, похоже, этих правил не знала.

Весь день он наблюдал за ней, пока она пританцовывала у печки с ложкой в руках. И молча помогал, когда она просила подбросить дров, принести воды, найти нужные специи.

Со специями вышла заминка.

Едва получив «добро», Тая устроила на кухне ревизию.