Капитан Магу

"

"— И как вы планируете туда попасть? По прямой тут около ста верст и тысяч десять османийских солдат. Через горы будем добираться неделю. А еще лошадей надо будет купить.

— Нет, нет, — запротестовал Жорж, — никаких лошадей, они гадят и лягаются. Давайте купим бричку. Такую, как у ротмистра Грозневецкого.

Алекс только рассмеялся.

— И где же вы в Гатуни бричку возьмете? Это пока еще не Руоссия.

— То есть бричка является единственным препятствием?

— Да.

— И как только я ее достану, мы отправимся в Аллерт?

— Да.

Алекс уже жалел, что ввязался в эту викторину, но отступать было уже поздно. Манский же решительно объявил.

— В таком случае, я отправляюсь на поиски.

После этого заявления Жорж покинул Алекса.

К большому удивлению капитана, бричку Манский нашел. Не сразу, на следующий день, но нашел. Сторговал у османийского купца за три золотых червонца вместе с парой лошадей. Купчик собирался уезжать в султанат из захваченного руоссийцами родного города. Переезд предстоял морем, через третью страну, так как прямое сообщение отсутствовало.

Новая повозка была меньше и легче, имела всего лишь двухместный диван. Пришлось Фелонову занять место на облучке. Заодно и проблему с кучером решили. Еще одна проблема возникла с оружием. Точнее, с его отсутствием. Два револьвера на троих, для здешних путешествий явно недостаточно. Из имевшихся в городской комендатуре трофеев Алекс прикупил османийскую «трибоди-тартини» без штыка, зато с полусотней патронов.

Самый опасный участок после Харешского перевала проскочили, удачно пристроившись возвращавшемуся в Текуль обозу пехотного полка. Но поскольку ехать за гружеными всевозможными трофеями телегами было хоть и безопасно, но очень медленно, обоз было решено обогнать, и дальше передвигаться самостоятельно.

— Вот она, кровь войны, — философствовал Манский, наблюдая за медленно проплывавшими мимо телегами, — туда люди, продукты и эти, как их…, патроны. Обратно раненые и вот, извольте видеть, трофеи.

Вступать с ним в дискуссию не хотелось, но Алекс не удержался.

— Законы войны, — буркнул капитан, — что с бою взято…

— Это с какого, простите, бою были взяты вон те ковры? — Взвился Жорж.