Камень

 — А на следующий альбом у тебя Хмельницкий есть, что-нибудь придумает.

— Это да, творческая личность в высшей степени! — хмыкнула она. — Даже оторопь порой берёт…

— Да нормальный мужик, вроде, только с закидонами на почве рисования… — ухмыльнулся я.

В это время Хмельницкий при помощи Сашки Петрова сняли одну из картин в центре экспозиции и повесили туда портрет Алексии. Закончив, Святослав прокомментировал:

— Выставка будет длиться ещё две недели, практически все картины распроданы, и работа Александра займёт центральное место! — мой друг на это лишь скромно улыбнулся.

— Алексия, ты не против? — спросил он.

Она опять глянула на меня, и, получив моё молчаливое согласие, кивнула:

— Конечно, не против, Саша, какие могут быть вопросы! Но портрет всё равно мой!

— Это даже не обсуждается! — кивнул в ответ Петров.

Весь этот пафос, с выражением взаимных чувств и обязательств, опять остановил Прохор:

— Вечер-то будет продолжаться?

— Да! — взбодрился я. — Святослав, какие у вас дальнейшие планы?

— В гостиницу ехать.

— У нас по планам культовое место московского студенчества! — усмехнулся я. — Предлагаю посетить его вместе с нами! Где, если не в таких местах, искать вдохновение творческим людям?

— Это да. А Александр поедет?

Я посмотрел на Сашку, который, по моим впечатлениям, был готов меня расцеловать за лишнюю минутку общения с Хмельницким.

— Конечно, Святослав, конечно! — кивнул я. — Так мы едем?

— Я готов! — художник встрепенулся и направился на выход.

Пока мы рассаживались в «Волге», Прохор решал все вопросы с администрацией галереи — дал сколько-то денег, предупредил их, что Хмельницкий едет с нами развлекаться, что теперь центром экспозиции, по воле самого художника, является портрет некой девушки, который не продаётся, и чтобы они о сегодняшнем визите молодого князя Пожарского забыли совсем и навсегда.

Подъехав к нашему дому, Сашку Петрова и Святослава Хмельницкого оставили в «Русской избе», Прохор загонял «Волгу» в гараж, а мы с Лесей пошли переодеваться наверх.

— Лесь, сама видишь, не получилось у нас с тобой вдвоём сходить в «Приют»… — попытался я извиниться за произошедшее.

— Лёшка, ты что такое говоришь! — возмутилась она. — Давно у меня такого веселья не было! Только одно мне пообещай.

— Слушаю.

— Давай больше без этого твоего сиятельного гнева! А то было очень страшно! — девушка смотрела на меня серьёзно.

— Я постараюсь, Лесь. — кивнул я. — И зайди ко мне на секундочку.