Право налево

Пусть не сейчас, но когда-нибудь – обязательно.

- Марк Андреевич тебя ищет, - произнёс Анатолий. – Он в ту же ночь примчался в «Метрополь», но служащие его ко мне не пропустили и передать, что меня ждут, тоже отказались. Семерик сидел на улице до утра, караулил, когда я сам выйду.

- О!? А как он узнал, где мы были? Гостиниц в Москве полно…"

"- Не знаю. Но ты права – удивительно, что он сразу приехал в правильное место.  Выясню это позже. Итак, он  был твёрдо уверен, что ты ночевала вместе со мной в «Метрополе».

Но когда я пояснил, что ещё ночью ты покинула отель... Елена, он очень испугался. По-настоящему. Поверь, я знаю, что говорю! Марк Андреевич нёс какую-то ахинею и явно был не совсем в себе, мне пришлось взять всё в свои руки. Это мои люди, вернее, мной нанятые,  ищут тебя, опрашивая жителей. Марк тоже ищет – ходит за нанятыми профессионалами хвостом, больше мешая, чем помогая. Выглядит откровенно паршиво. Знаешь, он искренне переживает и не менее искренне раскаивается, что допустил, чтобы ты увидела его с любовницей.

- Хочешь сказать, что мне нужно понять, простить и всё забыть? – передёрнула плечами, отстраняясь, Елена.

- Нет, не хочу, однако  моё мнение не имеет значения – только тебе решать, прощать его или нет.  Проблема в том, что прямо сейчас ты нездорова,  и  неприятный разговор может  усугубить твоё состояние, поэтому я не хотел бы, чтобы ваша встреча  состоялась в ближайшее время.  Но если ты считаешь, что должна или хочешь…

- Я не хочу! – быстро ответила Елена. – И больше Марку ничего не должна.

У меня внутри пустыня. Знаю, так не бывает, но осталась только боль, а любви…

Лена растерянно развела руками.

- Я больше не чувствую в себе любви к Марку. Только горечь и пустоту.

- Всё равно нужно известить его, что ты жива. Если этого не сделать, он сообщит Ирине Аркадьевне, а фрау Семерик небо с землёй поменяет местами, но найдёт. По сути, Москва не такой уж большой город, если есть возможности и связи, а у неё они есть.

- И как это сделать, чтобы Марк не примчался? Видеть его не желаю, разговаривать с ним – тоже.

Он начнёт оправдываться – не за факт измены, по нашему договору это не измена, он имеет право на кратковременные связи на стороне, а за то, что привёл Риту в наш дом.  Или станет нападать в ответ – за то, что вломилась в спальню, когда она занята, за то, что убежала, заставив его переживать, не станет ли это достоянием общественности. Лучшая защита – нападение, но у меня нет сил ни нападать, ни защищаться.