Право налево

  А тут  императрица вернулась и…"

"Конечно, отец ни за что бы не пошёл на измену, об этом даже думать смешно – вся его жизнь посвящена жене.  Но дура-Ритка этого или не понимала, хотя больше двух лет крутилась у них в доме, пусть и на  кухне, а не на хозяйской половине, или посчитала, что он не сможет устоять.

Повезло, что, как выяснилось позже, перед сном отец принял снотворное – он же без своей Ирочки даже уснуть не может! – и благополучно проспал эпическо-эротическо-порнографическое событие.

Собственно, он проснулся только в девять часов, и страшно расстроился, узнвав, что жена уволила повара. Но как всегда, не протестовал - раз Ирочка решила, значит так лучше.

Память услужливо подбросила картину негодования матери – только молнии не летали! Если бы не её желание, чтобы отец ничего не узнал, Ритка бы так легко не отделалась!

А так, Ирина Аркадьевна в полчаса рассчитала повариху и прямо ночью выставила ту вместе с племянницей за ворота.  И  взяла с сына слово, что он никогда ни словом не проболтается отцу и будет присматривать за потаскушкой.

Удивительно, что свои собственные похождения мать изменой не считала.

- Это для дела, - невозмутимо ответила она Марку, когда он однажды  застал её с одним из влиятельных чиновников в  весьма недвусмысленной обстановке. – Если не идиот, то сделаешь вид, что ничего не видел и не понял.

И он подчинился, только ещё больше  укрепившись в своих убеждениях.

Несколько месяцев Рита сидела тише воды, ниже травы, а потом принялась отираться возле главного офисного здания «Империи Семерик».

Как на грех, именно в это время туда прибыли мать вместе с отцом, и несостоявшаяся соперница попалась императрице на глаза…

Марк немедленно был вызван «на ковёр» и получил от матери взбучку, словно сын был обязан караулить передвижения Ритки. Как только вырвался, мужчина сразу отправился прочищать Маргарите мозги, надеясь, что в процессе не вытрясет из неё дух.

Как тогда не придушил её, сам не понимает…  Но Ритка, догадавшись при первом же взгляде на белого от ярости мужчину, что ей сейчас не поздоровится, прямо в прихожей упала на колени, и не успел он опомниться или воспрепятствовать ей, как его член уже оказался у неё во рту.

  Дёргаться или отрывать руки  женщины от своего паха, когда драгоценный орган уже находится в опасной близости от зубов, было бы глупо. И Марк сдержал первый порыв – за волосы отшвырнуть Ритку от себя.