Калибр Личности -1

— «Ступенька на пути к величию!» Посмотрим, чем же Чак Норрис ответит на столь открытую провокацию.

Приняв стойку для ближнего боя, топаю ногой, запуская «Земляной Вал». Песок передо мной превратился во всё нарастающую волну цунами, движущуюся навстречу Геркулесу. Полметра высоты, метр, два метра…

[Упс,] — запоздало вспоминаю, что в «книге заклинаний» уже переписал раздел «Геомантия». — [Десять баллов из десяти, да ещё и заряженных Властью на тройку.]

Всесокрушающая четырёхметровая волна песка вздыбилась, с треском вырывая каменные блоки из основания арены.

— Ха-а-а! — воинственно зарычал Геркулес."

"Гладиатор применил «Пружинящий прыжок», собираясь перепрыгнуть возникшую перед ним стену «Земляного Вала». Вот только силёнок здоровяку хватило только на то, чтобы коснуться гребня волны… После чего многотонный «Земляной Вал» швырнул фигуру Геркулеса на щит, накрывающий арену. Раздался треск… Живой снаряд пробил насквозь силовое поле. Слава Иссу! Потерявший сознание гладиатор угодил в лестницу между трибунами.

«Земляной Вал» с грохотом ударился в стену арены.

— Те-техническая победа, — с трудом выдавил из себя ведущий. — Чак Норрис, оказывается, невероятной силы геомант. Впервые за десять лет в Колизее вижу, чтобы гладиатором пробивали защитный полог. Победа, да ещё и всего одной атакой. Надо попросить техников включить третий уровень мощности. А нашим дорогим зрителям придётся подождать несколько минут. Уборщики уже начали возвращать арене прежний вид. Следующий бой Чака Норриса состоится через полчаса.

Смотрю с непониманием на дыру в щите, накрывающем арену Колизея.

[Это что сейчас было⁈ Чего он такой слабый оказался?]

Но как говорится, держим покер-фейс. Нельзя позорить священное имя Чака.

— Говорил же, — мой голос разносится по арене, — таким, как ты, я даже ботинки протирать не стану.

* * *Трибуны, малый Колизей

Только увидев, как хозяин уходит в комнату отдыха для гладиаторов, Альфи наконец-то вышел из оцепенения. Безумие, о великий Иссу! Такое даже схваткой не назовёшь.

[Не зря хозяин просил поставить на себя,] — слуга довольно улыбнулся. — [Двадцать тысяч флоренов! А уж когда его в противники выставили Геркулеса, ставки подскочили до одного к пяти.]

В очереди на кассу старому слуге пришлось орудовать локтями, протискиваясь к нужному окошку. Протянув талончик, Альфи оглянулся и только потом шёпотом сказал немолодой кассирше.

— Выигрыш не забираю, а ставлю снова на Чака Норриса.