Как приручить кентавра, или Дневник моего сна

 – Я вас, извините, не помню, но если говорите, что муж, то я ничего против не имею."

"Я еще с ума не сошла отказываться от таких красавцев!

Ой, судя по реакции мужчины, я озвучила свои мысли.

Меня внимательно изучали, сканируя взглядом.

– А вас можно потрогать? – спросила я, привстав. А что? Я явно сплю. Сон начинает из кошмарного перетекать в эротический. Чего зря время терять? Может, сейчас сестра придёт, увидит на полу моё тело, да и начнёт водицей поливать, приводя в сознание. Так и испарится моя горячая фантазия, поминай как звали.

Не дождавшись разрешения, я привстала и дотронулась до его сильной руки с длинными красивыми пальцами. Надо же, тёплая! Я перевернула ладонь и провела по жесткой коже. Интересно, от чего она загрубела? Моя фантазия навевала мысли о рукояти меча. Ну не от шариковой же ручки?

– Упражняетесь с мечом? – тут же спросила я и получила кивок-подтверждение. Мужчина напряженно следил за мной. Осмелев, мои пальцы заскользили по его предплечью, ощущая под одеждой стальные мускулы.

– А можно его снять? – спросила я. Мужчина не шевелился, позволяя до себя дотрагиваться. Я специально не стала прикасаться к его лицу, оставив это на сладкое.

– Ауэрия! – взвизгнула женщина, до этого молчавшая. – Ты как себя ведешь?!

Это она ко мне, что ли?! Вот наградила же имечком.

– Если вы мне, то нечего орать! – раздраженно ответила я. – Коль я правильно всё поняла, то он мой муж, значит, вам надо выйти и не мешать супругам!

Женщина задохнулась от злости и пошла красными пятнами.

– До чего вредная баба, – поделилась я со своим мужем. – Вы раздеваться будете?

Он не выдержал и издал смешок.

– Теперь я вижу, что вы не притворяетесь, – проговорил он. Какой же приятный тембр голоса. Слушала бы и слушала. А вот то, что он начал отодвигаться, мне не понравилось, и я схватила его за руку. Пусть объяснит, что происходит.

– Вы куда? – возмутилась я.

– Малышка, боюсь, если я останусь, то не сдержу своего слова, – вздохнул он.

– Какого слова?!

– Я обещал не трогать тебя, до твоего восемнадцатилетия, – огорошил меня он.

– Мне уже давно не восемнадцать! – успокоила его я.

– А сколько?

– У женщин о таком не спрашивают, – с достоинством ответила я. От улыбки его черты лица смягчились, и я им залюбовалась.

– Вы действительно обещали ко мне не прикасаться? – переспросила я, и благоверный кивнул.

– А когда мой день рождения?

– Через два месяца и восемь дней.