Как довести прекрасного принца

Сначала вдалеке послышалось бравое «ать-два», и на поляну, чеканя шаг, промаршировали грибовичи. Следом, опираясь на посох, пожаловал дед Белогриб. Из колонны выступил бойкий Мухоморчик и тоненьким голоском объявил:

– В отряде грибовичей пополнение! Всем новобранцам занять свои места!

– Это он мне? – разинул от удивления рот Люциус.

– Дык это мы сейчас грибовичи. Вроде как, – развел руками белогрибый наемник.

– Еще мне всякие грибы не приказывали, – надменно фыркнул сэр Эмброуз.

Дед Белогриб нахмурил густые брови, задумчиво пожевал травинку, а потом наставил на Люциуса посох:

– Этого в карцер. Пусть подсушится, глядишь, споры созреют и гонору поубавится.

– Да как вы смеете! Я вообще-то человек! Я рыцарь! Я принадлежу к правящему роду Турина-а-а-а…

Ну, с последним Люциус явно погорячился. Миллисандра его никогда не выберет, остальное же грибовичей не волновало. Раз шляпка имеется, нос картошкой и лоб выпуклый, как у остальных, – становись в строй.

– Я слышал, если с лесом не пререкаться, то он долго мучить не станет.

Воодушевленные такой перспективой, они умаршировали в неизвестном направлении. Напоследок дед Белогриб повернулся ко мне и неодобрительно проворчал:

– Не могла кого поприличнее привести.

– Так эти не мои. Сами в лес вошли.

– Никакого порядка. Шастают кто ни попадя, а все потому, что защитника нет… Эх, в былые времена…

Так и не закончив фразу, дед Белогриб ухромал с поляны. Я растерянно уставилась на то, что осталось от лагеря сэра Эмброуза: расстеленные на земле одеяла, разведенный костер и мирно пасущиеся кони.

– И что нам теперь делать?

– Заканчивай зелье. Водяной ждет, – напомнил Илар.

Я благодарно улыбнулась. Понимает, что нельзя неуважительно относиться к лесу. Хотя чему тут удивляться – эльфийская кровь и воспитание. Кстати, о воспитании. Я сурово посмотрела на Габриэля:

– Волк в овечьей шкуре.

– Всего лишь младший ребенок в семье и единственный сын – претендент на трон Фландрии.

Я провела параллель с тем, что пришлось испытать Миллисандре.