Кайа. История про одолженную жизнь. Том 3

— Ну, судя по всему, если не считать приступа панической атаки, барышня вполне здорова, — вынесла свой вердикт сидевшая на стуле, подле моей кровати, доктор, обращаясь к Лере, в тот момент, когда весь прочий медперсонал потихоньку сворачивал экспресс лабораторию, развернутую в моей комнате, — а подобное, как я понимаю, уже по вашей части. Но абсолютно точно будет возможно сказать лишь после полной диагностики в стационаре…

— Куда я сейчас не поеду…, — продолжил за нее я, — спасибо, доктор

Женщина, встав со стула, лишь пожала плечами — это, мол, уже не мое дело.

Проводив доктора, и всю остальную медкомпанию, вернулась Лера, притащив с собой пузырек, из которого накапала в столовую ложку какой-то дряни, после чего поднесла ее к моему рту.

— Выпей, — сказала она

Я принюхался. Пахло какими-то травами.

— Что это? — поинтересовался я, не забыв то, как Лера, вместе с «маманькой», организовала мне фармакологический «приход»

— Успокоительная настойка, — ответила та

— Настойка? Что-то спирта я не чувствую…, — с сомнением сказал я, и заметив, что Лера собирается сказать нечто нелицеприятное, заглотил ложку вместе с ее содержимым, и тут же скривился, — горькая дрянь…

— Гадость, да, зато помогает быстро, — пожала плечами моя сопровождающая, — я тоже ее частенько пью…как на счет принять ванну? Горячая вода поможет расслабиться и успокоиться

— Расслабиться и успокоиться? — переспросил я, взглянув на Боблу, которая меланхолично грызла «подарочный куст», — Было бы неплохо…принеси, пожалуйста, кошку

Минут пятнадцать спустя.

Сама ванна была круглой и не слишком большой, в конце концов, это не общественный бассейн, но и не маленькой. Однако, являла она собой, пожалуй, вершину инженерной и дизайнерской мысли для подобного рода сантехнических устройств. Ее чаша располагалась практически на уровне пола, с невысоким, но очень широким бортиком. Впрочем, описать ее возможно одним простым словом — охрененная!

И женщина, что сидела сейчас на ее бортике, в распахнутом шелковом халате, с расписанными на нем экзотическими птицами, явив взору окружающих, то есть моему взору, шикарную грудь взрослой, но еще не рожавшей женщины, ну и все остальное прочее, тоже…тоже была просто охрененная!"

"И хотя мои ощущения, при взгляде на эту красоту были совершенно иными, нежели раньше, там, но все же настроение мое явно повышалось.