Кай из рода красных драконов 4

Заяц я или не заяц!

— Такова воля Тенгри, — сказал я Айнуру. — Не решай за богов!

Он насупился, сдвинул брови. Я — тоже.

Хитрый Майман тут же уловил, о чём это мы «заспорили».

— А может, мы колдуна тихонечко приберём с прочей падалью? — спросил он с добродушной широкой улыбкой. — У меня есть отличный мешок! Дочка шила. Рукодельница, красавица!

— Ты же меня уважать перестанешь, если я буду свои решения отменять, — ответил я с такой же улыбкой. — Дай лучше колдуну какую-нибудь корзину? Пусть собирает этих футбольных ворон.

Майман покосился на охотников, занятых тушей медведя и кивнул.

— Ну, падаль к падали — это можно. Только корзин больше нет, все разобрали.

— И руки колдуну развязать? — ехидно уточнил Айнур, хмурясь и лаская пальцами навершие меча. — Хороший мечник и палкой может много дел натворить!

— Если смерти не боится — то может, — кивнул я. — Ну тогда и руби его — слова поперёк не скажу."

"Нишай всё понял. Так на меня посмотрел, что взглядом бы проколол.

— Он может украсть меч! — не согласился Айнур.

Я хмыкнул, подозвал Чиена, взял у него драконий клинок колдуна и вручил шаману, Ичину.

— Вот пусть попробует украсть меч у шамана. Ичин его насквозь видит, а, может, и глубже.

Нишай отвернулся, делая вид, что не желает слушать меня. Морду прятал, зараза. Значит, попал я правильно.

— Развяжи этого недоделка, — велел я Шасти, когда она подошла со склянками и полной сумкой всякой магической снеди.

Шасти сняла с колдуна верёвку-змею, злобно зашипевшую даже на хозяйку.

— Я не буду собирать ворон! — вскинулся Нишай и уставился на меня затравленными злыми глазами.

— Да куда ты денешься? — рявкнул я на него. — А то я добрый-то добрый, а палкой по заднице ты сегодня получишь!

Еле сдержался, чтобы не отвесить ему подзатыльник.

Нишай побелел и сжал губы. Наверное, такого родовитого колдуна нельзя было бить палкой. Какая досада!

Айнур махнул на меня рукой: мол, сам нянчись со своим колдуном. И ушёл помогать тем, кто тащил дохлого медведя.

Ичин тоже ушёл — за можжевельником для окуривания лагеря. И унёс драконий меч.

А колдун всё стоял, набычившись. Но в драку не кинулся, хоть руки у него были теперь свободны.

— Корзины лишней и у меня нет, — вздохнула Шасти.