Кай из рода красных драконов 4

— Дорога идёт в гору… — начал он изобретать аргументы.

— Вот именно — в гору, — отозвался Нишай. — Скоро мы поднимемся, и дальше будет легче идти. Да и солнце уже перешло через самую высокую точку. Её называют зенит. Теперь светило уже не будет таким горячим.

Воин уважительно опустил глаза, не смея спорить с хозяином даже дерзким взглядом. На лице его было написано: юный господин изучал много наук, он очень мудр, понять бы ещё, что за ерунду он несёт?

Нишай знал — собеседники из воинов вообще отвратительные.

Он пожал плечами и зашагал вперёд.

Юный колдун не был особенно изнежен, ему много приходилось заниматься на жаре с мечом, бегать и даже плавать. Он просто не привык к пешим переходам, но молодое тело уже подстраивалось, давая второе дыхание.

Воины двинулись следом. Их рабская покорность раздражала, но где взять тех, что будут служить не из страха и не за монеты?

Друзей, обычных друзей, что приходят в юрту просто так, безо всякого умысла, у Нишая не было никогда.

Мысль о ловушках вдруг обожгла грудь и горло.

Нишай нащупал охранный амулет на шее, железную пластинку, вдруг ставшую горячей! За ними следили от этих прекрасных кустов акации!"

"Он замедлил шаг, сложил руки в особом жесте, подавая сигнал начальнику охраны.

Вот и кончилась вольная прогулка.

Резко пахнуло кровью, и юный колдун остановился, замер посреди дороги.

— Что-то случилось, господин? — тихо спросил начальник охраны.

Его некрасивое лицо, изрытое оспой, стало суровым и непроницаемым.

— Ты что, сам не чуешь, что пахнет человеческой кровью? — прошептал Нишай.

— Нет, господин, — отозвался начальник охраны и кивнул воинам, чтобы поставили на землю сундук.

Нишай поскрёб сапогом песок, словно нарочно рассыпанный на тропе, и увидел под ним тёмные пятна.

Да и бурая жидкость, пропитавшая песок, не вызывала сомнений. На дороге совсем недавно кого-то убили. А после аккуратно присыпали кровь.

Юный колдун нахмурился и велел открыть сундук.

Достав из него свёрток с обещанным камнем, называемым так же «глазом колдуна», он без церемоний уселся прямо на дорогу.