Кабинет диковин

И вот он, капитан Кастер, вынужден сидеть здесь, бесполезно протирая штаны и слушая, как шуршит асбест в коробах вентиляции. Бессмысленно погублен обещавший быть таким приятным уик-энд.

Хорошо, что хоть Пендергаст не сует нос не в свое дело. По крайней мере – пока. Интересно, почему ему так неймется? Когда он спросил об этом О'Шонесси, проклятый ирландец увильнул от ответа. А ведь коп с его прошлым должен был бы давно научиться целовать задницу. Хватит. Если парень не хочет оказать услугу начальству, его следует держать на коротком поводке.

Аппарат внутренней связи на столе мурлыкнул, и Кастер, сердито надавив кнопку связи, прохрипел:

– Ну что еще? Я же приказал меня не беспокоить!

– На линии комиссар Рокер, сэр, – ответил Нойс максимально нейтральным тоном.

«Обожемойсукинсын», – подумал Кастер и протянул трясущуюся руку к телефону, с которого хитро подмигивал ему красный глазок. Какого дьявола хочет от него комиссар? Разве он не сделал то, что они все от него хотели? Шеф, мэр и.

Толстый дрожащий палец коснулся кнопки.

– Кастер? – От резкого тона шефа у капитана засвербило в ушах.

– Слушаю, сэр, – проскрипел Кастер, делая все, чтобы голос звучал не так пискляво, как обычно.

– Речь идет о вашем человеке. Об О'Шонесси.

– Да, сэр. Почему вас интересует О'Шонесси?

– Мне желательно узнать, за каким дьяволом он затребовал в Бюро судебно-медицинской экспертизы копии отчетов об останках, найденных на Кэтрин-стрит? Мне надо точно знать его мотивы, – сказал комиссар, и теперь его голос звучал как-то устало.

"«Что затеял О'Шонесси?» – лихорадочно размышлял капитан. Конечно, можно было сказать, что О'Шонесси нарушил его прямой приказ (что было бы чистой правдой), но это превратило бы Кастера в глазах шефа в идиота. Человека, не способного контролировать своих подчиненных. Но с другой стороны, можно было и соврать.

Кастер избрал второй, более привычный путь.

– Комиссар, – произнес он, придав голосу более или менее мужскую тональность, – это санкционировал я.

– Кастер, – после довольно продолжительного молчания сказал комиссар, – поскольку вы, как я вижу, большой мастер идиом, то вам, видимо, известно выражение: «Не буди спящего пса». Или я ошибаюсь?

– Так точно, сэр, известно.