Кабинет диковин

Она уйдет и вернется позже, предварительно убедившись в том, что старик ждет ее на своем рабочем месте. Пожалуй, будет еще лучше, если сказать старику по телефону, чтобы тот поделился своими сведениями прямо с Пендергастом. Ведь она сама так или иначе вышла из игры.

Нора двинулась к выходу из архива, избрав, как ей казалось, самый короткий путь. Через несколько минут она остановилась, увидев носорога и нескольких зебр. Прикрытые полупрозрачным пластиком чучела напоминали грузных часовых, преграждающих ей путь.

От пластика сильно разило какой-то химией – чуть ли не хлороформом. Место, в котором она оказалась, было ей совсем незнакомым. И к выходу она, судя по всему, не приблизилась.

На какой-то миг Норе стало страшно. Но, несколько натянуто рассмеявшись, она покачала головой. Прежде всего надо вернуться к знакомым жирафам и уже оттуда идти к выходу.

Как только она повернулась, ее нога оказалась в небольшой лужице воды. Нора подняла голову – и о лоб разбилась большая капля. На трубах под потолком сконденсировалась влага.

Девушка вытерла лоб и двинулась в путь.

Однако она не знала, как пройти к жирафам.

Полный идиотизм. Ей всегда удавалось ориентироваться в бездорожье пустынь и в тропических джунглях. Как, спрашивается, она ухитрилась заблудиться в музее в самом центре Нью-Йорка?

Оглядевшись по сторонам, Нора поняла, что полностью потеряла ориентировку. Глядя на эти расходящиеся под разными углами проходы и нелепые пересечения, невозможно было понять, где находится выход.

Надо...

Она вдруг замерла и напрягла слух. Ей показалось, что она слышит какие-то негромкие шлепки. Направление, откуда шел этот звук, Нора определить не смогла, но его источник был явно недалеко.

– Мистер Пак? Это вы?

Молчание.

Нора снова прислушалась, и звук возобновился. Видимо, где-то поблизости капает вода, подумала она, но ей, несмотря на столь успокоительную мысль, почему-то еще сильнее захотелось как можно быстрее добраться до выхода.

Она вновь выбрала проход наобум и быстро зашагала.

Полки по обеим сторонам прохода были забиты штабелями костей. С кончика каждой кости свисал ярлык из пожелтевшей бумаги. Все это место ужасно напоминало склеп. В этой тишине и сумраке, среди жутковатых костей Нора не могла не думать об убийствах, случившихся несколько лет назад именно в этих подвалах. Те события до сей поры служили главной темой пересудов работников музея.

Проход закончился очередным поворотом.