К таким, как ты, не возвращаются

Его дважды выставляли на торги, но покупатель так и не нашёлся, потому что условия при покупке либо аренде памятников достаточно жёсткие. К тому же, место совсем не бойкое.

— Что требуется от меня?

— Резолюция. Подтверждение того, что администрация может сдать нам в льготную аренду это помещение.

— Дело в том, Дарья Васильевна, что здание вновь выставлено на торги. И пока торги не завершатся, решение об аренде не может быть принято.

— Не может быть! Мы всё досконально проверяли перед тем, как записаться к вам на приём.

— И тем не менее, Дарья Васильевна. Пока вы ожидали приёма, ситуация изменилась.

Баадур не просто увидел, он почувствовал, как расстроилась Дарья Васильевна. В какой-то момент ему казалось, она вот-вот заплачет, но ей удалось взять себя в руки.

Баадур вовсе не был таким уж добряком и мягким человеком. Он бы не работал в этом кабинете, если бы сочувствовал всем и каждому. Конечно, ему очень помог старший брат Инги, Георгий, который в то время работал в администрации губернатора.

А тогда, четыре года назад, он помог Баадуру не сразу занять кресло, а попасть на конкурс. Попасть на конкурс было тоже далеко не просто. Тогда Георгий поспособствовал, а дальше Баадур боролся сам. Именно борьба и последующая адаптация к новой непростой службе и помогли ему, удержали на плаву, когда Инга погибла.

И ещё Георгий. Они поддерживали друг друга в их общем горе. Родителей Инги и Георгия не стало давно, Георгий практически вырастил сестру, помог ей получить достойное образование.

А родители Баадура очень давно уехали в Абхазию, на родину предков матери. Отец Баадура родился и вырос в том городе, в котором сейчас жил сам Баадур, но с удовольствием последовал за супругой.

Баадур навещал их, когда был в отпуске. Он довольно спокойно относился к морю и южному солнцу. Его вполне устраивала жизнь в достаточно суровом климате; нравилось, когда все четыре времени года резко отличаются друг от друга.

Примерно таким же, каким был столь любимый им климат, являлся и сам Баадур. Многие черты стали более яркими после ухода Инги. Он мог быть холодным и раздражительным. Мог быть резким и бескомпромиссным. Мог быть хитрым и даже коварным. Мог быть весёлым и обаятельным. Мог быть флегматичным и спокойным, даже равнодушным и отстранённым.

В прошедшие четыре года тёплых, летних черт становилось всё меньше, они проявлялись всё реже.