К таким, как ты, не возвращаются

Высвободив руку, Баадур подошёл к сейфу. Сейф тоже оказался открыт. Заглянув внутрь, Баадур выпрямился.

— Так я и знал, — махнул он рукой."

"— Вас обокрали? Значит, нельзя было ничего трогать тут, Баадур Александрович! Что же вы так неосторожно? Ведь полиции…

— Не будет никакой полиции. Давайте вернёмся в гостиную.

— Вам плохо?

— Если только от мысли, что меня развели, как наивного чукотского юношу.

Они вернулись, и Баадур вновь устроился на диване. Даша стояла, сжав ладони, и Баадур недоумевающе и выжидательно смотрел на неё.

Даша, будто поняв, села.

— Почему вы не хотите вызывать полицию, если вас обокрали, Баадур Александрович?

— Мне вновь приснилась Инга, — задумчиво и немного грустно ответил Баадур. — Второй раз за этот год. До этого она никогда мне не снилась.

— Инга? — робко спросила Даша.

— Да, — кивнул Баадур. — Моя покойная жена. Её не стало четыре года назад, она разбилась на машине. Очень любила быструю езду и была фаталисткой.

— Очень жаль, Баадур Александрович. Сложно выражать сочувствие в таких ситуациях.

— Да. Впервые Инга мне приснилась в конце прошлого лета. Она осудила меня за мой выбор. Сказала, что не ожидала такой глупости от меня.

— А что вы выбрали?

— Не что, а кого. Девушку. Вику. Хотя… Вы правы, всё-таки она что, а не кто.

— И сегодня Инга вновь приснилась вам? Прямо сейчас, когда вы спали на диване в гостиной?

— Да. Она сказала, чтобы я отдал им всё, пусть подавятся.

Баадур взял со стола телефон и набрал номер. Даша слышала, как бесстрастный электронный голос ответил, что абонент находится вне зоны доступа сети. Баадур позвонил снова, — с тем же результатом.

— Что и требовалось доказать.

— А что у вас украли? Или это секрет?

— А вы заперли ворота и двери?

— Да, конечно. Только под охрану не сдала, не умею.

— Потом, — опять махнул рукой Баадур.

— Кто?

— Один очень влиятельный в определённых кругах человек. Помешан на старинных монетах.