Изумрудные зубки

– Пришла, – сказала Таня, когда дверь за секретаршей закрылась. Флек вышел из-за стола и пошел к ней – в светлом костюме и рубашке с расстегнутым воротом. Это был свежий, счастливый, совсем не спившийся Флек.

– А мне Вовчик сказал, что ты водку тут пьешь, – прошептала Таня, когда он сграбастал ее в охапку.

– А я и пью. Только не водку, а ананасный сок. – Он кивнул на графин с желтой жидкостью на столе.

– Ананасовый, – засмеялась Таня и прижалась щекой к его рубашке, пахнущей свежестью, молодостью и безрассудством.

– Торгаш, – согласился он и губами попробовал на вкус кожу у нее на виске. – Безграмотный.

– А я к тебе жить переехала."

"– Знаю. Мама звонила. А потом Вовчик звонил, а потом Анжела Сергеевна, а потом – Вася.

– Скажи, где мы будем уединяться?

– У меня есть большой загородный дом.

– Большой?

– Да. – Он на вкус попробовал ее губы.

– Загородный?

– Да! – Он и шею попробовал, и ключицу, и запястье, – остальное предательски скрывала одежда.

– Без прислуги, без мамы и без детей?

– Только с садовником, который глухонемой.

– Хорошо бы он был еще и слепой.

– Ну, если хочешь...

– Нет! Не хочу. Давай сюда свой бриллиант, я согласна.

– Ой! Я... это... – Флек вдруг покраснел, как девица.

– Что?!

– Меня ограбили в Шереметьево, когда я звонил тебе. Свистнули кейс с деньгами и дорогим кольцом. Хорошо еще документы в плаще были, в кармане.

– Так вот почему бриллиант прокис! – засмеялась Таня.

– Что?

– Нет, ничего.

– Едем! – Он потянул ее за руку и открыл дверь. От двери к столу метнулась полненькая секретарша.

– Куда?

– В ювелирный!

– Нет! – Таня ухватилась за косяк. – В загородный дом.

Она покосилась на секретаршу, сосредоточенно перебиравшую на столе бумаги.

– Сначала за кольцом! Пока ты согласна. Вася, Вася, черт тебя побери! – заорал Флек, высунувшись в коридор, и эхо подхватило: «Ва-ася, че-орт тебя по-обери-и!»

– В загородный дом! – захохотала Таня.

Татьянин день

Январь выдался фантастически теплым.

Впрочем его, января, уже практически не осталось – всего там каких-то несколько дней. Столбик термометра замер практически на нуле, а за окном долбила по железному подоконнику по-настоящему весенняя капель.

Сычева провалялась в кровати до часа дня, листая глупый глянец и лопая из пакета чипсы.